Ракель, которая, как мне казалось, не видела светового ореола, подняла глаза, полные слёз, и приняла груз, который Небеса её доверяли. Александр протянул ей руку, помогая подняться, и я увидел, как Аделино приблизился к своей супруге, нежно сжимая её в своих объятиях, целуя её лоб, омытый светом.
И тогда, О, божественная мистерия Бесконечного Божьего Творения!… тогда я увидел, как она прижимала «детскую форму» к своему сердцу, но так сильно, с такой любовью, что она показалась мне жрицей Высшей Власти Божественности. Сегизмундо соединялся с ней, как цветок со стеблем. И с этого момента я понял, что такое душа того, кто будет плоть от плоти.
Александр попросил всех присутствующих друзей, за исключением Конструкторов, Эркулано и меня, удалиться из комнаты, приглашая Аделино, спокойного и счастливого, совершить небольшую прогулку вне дома и, ведя Ракель с особым вниманием к её физическому телу, он сказал нам:
— А теперь поможем нашему другу в первом контакте с плотной материей.
Ракель пробудилась, чувствуя в сердце странное счастье. Она инстинктивно прижалась к своему спящему супругу, словно радостный навигатор, который почувствовал в порту спокойствие и безопасность. Она пересекла густую вуаль вибраций, которая отделяла духовный план от физической сферы, и не сохранила никакого определённого воспоминания о возвышенном счастье предыдущих мгновений; Однако, её ощущение восторга было огромным, надежды переполняли её, и огромная вера в будущее убаюкивали теперь её сердце. Я во второй раз буду матерью? — довольно подумала она. Эта мысль, которая не случайно расцвела в её мозгу, омывала её душу утончённой радостью. Она была готова к божественному служению материнства, она доверяла Господу, Его бесконечной доброте.
Супруга Аделино не видела, как Александр и Конструкторы окутали её дух возвышенным светом, купая её мысли в живой воде духовной любви.
Замечая, что форма Сегизмундо сливалась с ней с помощью божественного процесса магнетического соединения, я получил приглашение моего ориентера следовать за ним неотступно в работе помощи по окончательной связи Сегизмундо с материей.
Указывая на гениталии Ракель и направляя на неё луч света, Александр предупредил меня о величии ситуации перед нашими глазами, уважительно уточняя:
— Перед нами — возвышенный алтарь человеческого материнства. У этого августейшего обиталища мы должны помогать в задаче любви, сохраняя сознание, направленное к Высшему Величию.
Я склонился перед женским организмом нашей перевоплощённой сестры, охваченный уважением, которое никогда ранее я не ощущал.
Поддержанный магнетической помощью благожелательного ориентера, я стал наблюдать за деталями феномена оплодотворения.
Пересекая естественные потоки, текли мужские сексуальные элементы в поисках яйцеклетки, словно они были заранее подготовлены к этому строгому испытанию, со скоростью примерно три миллиметра в минуту. Удивлённый, я увидел, что их насчитывались миллионы, и что они в своей массе текли всё время вперёд, под влиянием инстинктивных импульсов, в своём священном соревновании.
В возвышенном молчании этих мгновений я понял, что Александр, будучи самым возвышенным миссионером группы помощи по поддержке, руководил серьёзными операциями по основному соединению. По тому, что я мог заключить, Он мог видеть хромосомные расположения всех мужских принципов в движении, после того, как внимательно осмотрел будущую материнскую зародышевую клетку, руководя предварительной работой по определению пола будущего тела.