Повариха выдала детям еще по печенью и встала к плите. Я помогла Чарли дотопать до лестницы, затем, вспомнив кое-что, вернулась на кухню.
– Миссис Мэнньон, не приходила ли сегодня почта?
– Без понятия. Этим занимается хозяйка. Спросите у Тильды, нет ли новых писем. Думаю, она выложила бы их на столик.
На столике в холле стояла лишь привычная ваза с сухими экзотическими цветами. Проходя мимо кабинета, я вспомнила о том, что видела там вчера.
– Милли, отведи, пожалуйста, Чарли в гостиную, – попросила я.
Милли взяла брата за ручки, словно кукловод, и отправилась с ним в сторону гостиной. Когда дети повернули за угол, я осторожно тронула ручку двери кабинета.
В любое время суток в кабинете царила полутьма. Даже днем в окно сквозь деревья едва пробивался зеленоватый свет. Еще с порога я заметила, что на столе все прибрано, нет ни одного листка. Черная книга куда-то исчезла. Я робко шагнула вперед, но из соседней комнаты донесся грохот, а потом отчаянный плач.
В гостиной на ковре рядом с опрокинутой банкеткой для пианино лежал Чарли и орал во все горло.
– Он не желал сидеть смирно! То и дело норовил слезть! – возмущалась Милли.
– Все хорошо, – приговаривала я, качая малыша на руках. – Ну-ну, полно, я с тобой.
Хлопнула входная дверь.
– А вот и ваш папа, – сказала я, благодаря бога, что мы разминулись с хозяином и он не застал меня рыщущей по кабинету.
Однако мы не услышали бодрых шагов и веселого свиста. Я вышла в холл. Мистер Ингланд выглядел расстроенным, и в моей душе взметнулась целая буря чувств.
– Добрый вечер, сэр.
– Добрый вечер. – Хозяин поднял глаза на лестницу, и, проследив за его взглядом, я увидела миссис Ингланд, которая поднималась по ступеням.
На мгновение повисла тишина.
– Сэр, мы забыли передать какие-то вещи?
Он отрицательно помотал головой.
– Папа! – Милли приникла к отцу.
– Что-то с мастером Саулом? – спросила я, холодея.
– Нет. Няня Мэй, вы не отведете детей наверх? Боюсь, нашу вечернюю встречу сегодня придется отменить.
– Слушаюсь, сэр. Будет сделано.
Дверь кухни открылась, и в холле появился Бродли с чемоданом на плече.
– Прикажете отнести наверх, мистер И?
– Благодарю вас, Бродли.
Я отлепила Милли от отца и проводила детей в спальню. Уложив Чарли в кроватку, я поворошила уголь в камине. Ведерко для угля оказалось пусто; я велела Милли переодеваться в ночную рубашку, а сама отправилась вниз. Выйдя на лестничную площадку, я заметила, что дверь спальни миссис Ингланд приоткрыта.
– Тильда, это вы? – раздался ее слабый голос.
– Это няня Мэй, мэм.
– Попросите, пожалуйста, Тильду наполнить мне ванну.
– Слушаюсь, мэм.
– Спасибо.
Я поспешила вниз. Путь на кухню лежал мимо кабинета мистера Ингланда. Дверь была открыта, и мой взгляд невольно скользнул внутрь. Я встала как вкопанная: хозяин сидел за столом, закрыв руками лицо. Я смотрела на него, не в силах двинуться с места, и ведерко из-под угля выпало из моей руки.
Мистер Ингланд провел руками по лицу, словно стирая всю грязь и копоть, въевшуюся за день. Мы смотрели друг на друга, и я все еще не смела пошевелиться. Мистер Ингланд выдавил улыбку, хотя это стоило ему огромных усилий.
– Вам что-нибудь принести, сэр?
Он отрицательно мотнул головой и подошел к двери.
– Вы очень добры ко мне. – С этими словами мистер Ингланд медленно закрыл дверь кабинета.
Мне захотелось разрыдаться. Я жаждала узнать, что за беда стряслась с хозяином. Заставив себя успокоиться, я отправилась в подвал за углем, а потом нашла Тильду. Она так увлеченно полировала серебро в столовой, напевая себе под нос, что даже не заметила, как я вошла. Я решила не беспокоить горничную и набрать ванну для миссис Ингланд самостоятельно.
Усадив Милли в кровать с книгой, я приступила к утомительному труду: таскала наверх воду в медном котле и выливала в ванну. Я проверила температуру воды локтем, как делала это для детей, выложила новый брусок мыла и чистое полотенце. Затем расставила на умывальнике бритвенные принадлежности мистера Ингланда, притушила настенные лампы, создав более мягкое освещение, и отправилась в комнату хозяйки.
Дверь в ее спальню по-прежнему была приоткрыта. Я постучала и сообщила, что ванна готова.
– Спасибо, няня Мэй, – послышался тихий голос миссис Ингланд.
Я медлила возле двери, горя желанием спросить, почему она вернулась домой и почему не приехал Саул. Мне показалось, в Кроу-Нест между нами рухнула стена. Возможно, причиной тому стала лишь смена обстановки: теперь миссис Ингланд снова закрылась. Я взглянула на дверь в спальню мистера Ингланда и представила, что бы сказала хозяйка, узнай она, какие события произошли там вчера, как оскорбилась бы. Меня терзали угрызения совести, а где-то глубоко внутри неожиданно шевельнулось незнакомое и гораздо более опасное чувство.
– Как мастер Саул, мэм?
В приотворенную дверь виднелась железная кровать и кремовое стеганое одеяло. «
– Саулу гораздо лучше. Он приедет через две недели.
– Рада слышать, мэм. Если вам что-нибудь понадобится, зовите.
– Спасибо.
