— Хм, — сначала на себе поправляю пальто, а только потом отстраняю от себя девушку. — Нелепый случай, — голос хрипит как при ангине у меня, — думаю, что его разумнее не обсуждать с коллегами и постараться забыть.
— Забыть? — небрежным движением поправляет сначала очки, а потом волосы. — Если это приказ… — растерянно и одновременно возбуждающе действует на меня.
Горячие мурашки обжигают затылок, оттуда по спине сбегают горячей волной, перебираются на живот, чтобы плеснуть кипятком на мои яйца.
Член стоит колом и не желает сотрудничать с головным мозгом, старательно переключая рациональное мышление на иррациональное.
— Да, это приказ! — рявкаю на весь салон так, что самому неловко становится за своё поведение.
— А кричать зачем? — недовольно бурчит Августина Леонидовна.
— Я не кричал, — смотрю, как мы объезжаем аварию между двумя легковушками на перекрёстке.
— Влад, он на меня кричал?
— Э-э-э, — мой личный водитель включает радио. — Две недели назад отитом переболел. Плохо слышу.
— Босс сказал, что премию вы не получите в следующем месяце, — складывает руки на груди.
— Это правда, Арсений Алексеевич?
— Свершилось чудо!
— Какое? — Влад чешет затылок.
— У вас проснулся третий орган чувств человека. СЛУХ!
Ни я, ни Августина Леонидовна до конца нашей поездки не разговаривали. В офисе лишний раз старался не дёргать её, чтобы самому разобраться в себе.
Что из себя представляет Стоянова Августина Леонидовна из достоверных источников?
Помог мне в этом расследовании не детектив, а телефонный разговор с начальницей отдела кадров.
— 33 года, не замужем, детей нет, фактический адрес совпадает с пропиской. Образование высшее финансовое.
— Про костюм-тройку и кошку ничего там нет?
— Хм, — в телефонной трубке повисает молчание. — Девочки рассказывают, что ваша помощница – автор любовных романов. Кто-то уже прочитал книги из её репертуара. Говорят, что неплохо.
— Работы от её имени?
— Псевдоним. Забыла, правда. Подождёте?
— Подожду.
Через несколько минут в моём блокноте была ценная информация, с которой я пока не знаю, что буду делать. Но… Почему-то уже делаю.
Итак, авторский профиль Н*
Ску-ко-та!
Чего не скажешь о самом авторе этих недалёких книг
Из офиса сбегаю. Да, не просто «сбегаю», а оставляю на столе Августины Леонидовны плитку горького шоколада.
Сам не ем – не пропадать же бельгийскому шоколаду из-за моих вкусовых предпочтений.
Попросил Влада отвезти меня к любовнице. Кира – дерматолог, с идеальной кожей и восхитительными пропорциями тела. Фотомодель в медицинской спецодежде.
Познакомились. Первое свидание закончилось сексом у неё на квартире. Второе увенчалось тем же успехом. Третье… Сегодня, собственно, и оно.
— Арс, привет, — опускает смущённый взгляд мне в область груди. — Ты хотя бы предупредил, что приедешь.
— Ты не одна? — этот факт во мне не вызывает и толику ревности.
— Нет. Что ты… Конечно, нет.
Секс с Кирой – ниже градусом, чем книги моей секретарши тире помощницы, или помощницы тире секретаря. Поза коленно-локтевая, чтобы не видеть лица партнёрши, чтобы прийти уже к своему финишу более расслабленным и не видеть во взгляде Киры какую-то надежду на скорую встречу.
Трахаю одну, а думаю о круглых коленках другой.
Подумаешь, КОЛЕНКА!
Мой член таранит киску такой восхитительной девушки! Розовая, сочная, тугая… А в моём воспалённом мозгу всё та же КОЛЕНКА и фантомный вкус малинового безе на губах!
— Ты сегодня задумчивый, — перебирает мои волосы на затылке Кира.
— Устал, — присаживаюсь на край кровати.
— Останься, — дотрагивается подушечками пальцев к моей напряжённой спине.
— Много работы. Ноутбук остался дома.
Я не обманул девушку. У меня действительно накопилось много работы, потому что целый день гонял в голове мысли об Августине Леонидовне.
— С днём рождения, Арсений, — на первом этаже встречаюсь с Тамарой Борисовной. — Ваша помощница организовала вам праздник. Не пугайтесь.
— Не… Пугаться? — пропускаю её первой в кабину лифта.
— Меня очень удивило желание девушки. Устроить праздник для начальника, когда сама второй день только работает. Мне она уже нравится.
— А где… Будет этот праздник? — заторможено задаю вопросы я.
— В вашей приёмной. Я скоро к вам присоединюсь.
Выходим на нашем этаже. Тамара Борисовна в свой кабинет, а я должен пройти прямо по коридору метров десять.
Тишина – это хорошо или плохо?
В случае с детьми – очень плохо.
