В 1906 году Сэмюэл Уоринг был не только председателем совета директоров ведущей мебельной компании «Уоринг и Гиллоу», но и директором строительной компании «Уоринг и Уайт», которой он управлял совместно с признанным американским инженером-строителем Джеймсом Уайтом. Гарри Селфридж, которому нужен был партнер по инвестициям, увидел в Уоринге беспроигрышное сочетание технических познаний и столь необходимого капитала. «Уоринг и Уайт» под умелым руководством архитекторов Чарлза Мьюза и Артура Дэвиса только что завершили строительство отеля «Ритц», первого в Лондоне здания, построенного по технологии ЛСТК[12]. Селфридж, как и Уоринг, был приглашен на пышный званый ужин в честь открытия отеля, и, несомненно, там будущим партнерам выпал шанс обсудить планы по оживлению розничной торговли в Лондоне. Два бизнесмена – два спонтанных, полных энергии, вечно недосыпающих трудоголика – быстро (оглядываясь назад, пожалуй, даже слишком быстро) договорились об условиях. Уже в июне того же года они учредили общество с ограниченной ответственностью «Селфридж и Уоринг» с капиталом в миллион фунтов, разделенным на сто тысяч привилегированных акций по пять фунтов каждая и пятьсот тысяч обычных акций по фунту каждая. У Селфриджа было сто пятьдесят тысяч шесть акций, у Уоринга – сто пятьдесят тысяч одна.
Партнеры выбрали место в части Оксфорд-стрит, которая по тем временам считалась «тупиковой», – у Уоринга там была недвижимость под снос. Селфридж сразу же разглядел скрытый потенциал участка. Он был удобно расположен в шаговой доступности и к особнякам на площади Портман, и к Сент-Джонс-Вуд, где жили модники среднего класса, и должен был привлекать внимание людей, едущих по Центральной линии метро, которая была введена в эксплуатацию шестью годами ранее и сейчас перевозила от станции «Шефердс Буш» до станции «Банк» по сто тысяч человек в день. С остановками «Холланд-парк», «Ноттинг-Хилл», «Квинсроуд» (переименованная в 1946 году в «Квинсвей»), «Ланкастер-гейт», «Марбл-арк», «Бонд-стрит», «Цирк Оксфорд» и «Собор Святого Павла» Центральная линия была просто мечтой для уэст-эндских ретейлеров.
C самого начала Селфридж представлял, что его магазин будет тянуться от Дюк-стрит до Орчард-стрит – каким мы и видим его сейчас, – но воплощения этого замысла ему пришлось ждать до 1928 года. Еще он на-деялся, что магазин растянется на целый квартал вглубь и витрины будут выходить и на Уигмор-стрит. Однако для начала ему пришлось довольствоваться малым – выкупать права на аренду у множества соседних лавок, доходных домов и любимого местного паба «Оружие на-дежды», примыкающего к обветшалым складам и конюшням на углу Дюк-стрит. К тому же ему нужно было получить согласие у землевладельцев, имущественного комплекса «Портман», а также разрешение на перепланировку от совета округа Сент-Мэрилебон. Как только стало известно о его планах, поднялась настоящая буря. Местные – особенно завсегдатаи «Оружия надежды» – протестовали так громко, будто Гарри Селфридж вознамерился снести Букингемский дворец, в то время как он только хотел построить еще один.
Селфридж переехал в офисное здание на противоположной стороне улицы – в дом 415 по Оксфорд-стрит – и там принялся разрабатывать план развития. Ничто не доставляло ему такой радости, как изучение архитектурных чертежей. Однако, когда пришло время воплощать их в реальность, на его пути каждый день вырастали все новые препятствия. Он привык к ритму Чикаго, где разрешения на строительство получались после одного рукопожатия – пусть зачастую при этом толстая пачка купюр переходила к новому обладателю. Теперь же ему предстояло столкнуться с медлительными лондонскими бюрократами.
Селфридж взял все управление проектом на себя и как по часам регулярно являлся на приемы к Эдварду Хьюзу, председателю комитета по строительству совета округа Сент-Мэрилебон, и его коллеге, земельному инспектору мистеру Эшбриджу. Он включил обходительность и очарование на полную мощность и невероятно впечатлил обоих, в особенности тем, что на каждую встречу являлся лично. Хьюз говорил позже: «Трудно было сопротивляться его дару убеждения, и зачастую ему удавалось доказать нам, что именно он видит ситуацию в правильном свете».
Изначальной концепцией Селфриджа было шести-этажное здание в стиле неоклассицизма с выдающейся центральной башней. Первые чертежи выполнил молодой американский архитектор-стажер Фрэнсис Суолс, который прошел обучение в Школе изящных искусств в Париже и практику в конторе легендарного Жан-Луи Паскаля. Селфридж был зачарован получившимися чертежами и всюду носил их с собой. «Я так часто перебирал их, что углы поистрепались. У меня были чертежи переднего фасада, боковых фасадов, планы этажей – расставаться с ними казалось невыносимым. В итоге я чуть не протер карманы в каждом своем костюме». Копии этих прекрасных чертежей были высланы Дэниелу Бернему, который сохранял за собой должность первого архитектора.
