Служебный вертолет "Бель Джей-Рэнджер", на котором находились Ослетт и Клокер, направлялся в Маммот-Лейкс. Он принадлежал кинематографической студии, которая была филиалом "Системы". Сиденья из телячьей кожи, медные ручки, стены, обитые изумрудно-зеленой кожей ящерицы, – все вместе создавало атмосферу даже более шикарную, чем та, которая ощущалась в пассажирском отделении самолета "Лир". Видеотека также предлагала более развлекательную коллекцию фильмов, чем та, которая имелась на борту самолета, включая такие последние фильмы, как "Репортер из Голливуда" и "Ежедневное разнообразие", плюс последние издания журналов "Премьер", "Роллинг стоун", "Мама Джонс", "Форбз", "Фочн", "Джи Кью", "Шпион", журнал экологического общества и "Хорошего аппетита".
Чтобы занять себя во время полета, Клокер вынул еще один роман из серии "Звездный трек", который купил в киоске Отеля "Ритц-Карлтон" после того, как они выписались из него. Ослетт был убежден, что наличие такой фантастической литературы в изысканных и элегантных магазинах пятизвездочного отеля, где, строго говоря, все было предназначено для образованных и сильных мира сего, а не только богатых, могло служить тревожным знаком неизбежной деградации общества.
Пока вертолет летел над Национальным парком королевского каньона, вдоль западной стороны Сьер-ры-Невады, постепенно приближаясь к великолепным по красоте горам, Ослетт то и дело переходил то к одной стороне вертолета, то к другой, не желая пропустить величественного зрелища. Огромные просторы под ним были настолько малонаселенными, что у него едва не сработало инстинктивное отвращение к открытым пространствам и сельским пейзажам, но земля так быстро менялась каждую минуту, открывая все более красивые виды, что скучать ему было некогда. Более того, вертолет летел гораздо ниже, чем "Лир", и Ослетт даже чувствовал движение вперед. Внутри вертолета было более шумно. Кроме того, пассажиров трясло в нем гораздо сильнее, чем в самолете, что ему тоже нравилось.
Дважды он пытался обратить внимание Клокера на чудеса за иллюминатором, но в обоих случаях великан лишь бросал мимолетный взгляд вниз, а потом, без комментариев, снова утыкался в книжку под названием "Шестигрудые амазонки планеты Слайм".
– Что там такого в этой книге интересного? – наконец не выдержал Ослетт, садясь в кресло напротив Клокера.
Прочитав до конца абзац и только потом взглянув на Ослетта, Клокер ответил:
– Я не смогу сказать вам.
– Почему?
– Потому что после того, как я расскажу о том, что интересного в этой книге, вам уже будет неинтересно.
– А что это означает? Клокер пожал плечами.
– Не думаю, что вам понравится.
– Я ненавижу романы, всегда не любил, особенно научную фантастику и подобный вздор.
– Вот именно.
– А что сейчас означают твои слова?
– Только то, что вы подтвердили мою мысль – вам не нравятся подобные книги.
– Естественно.
Ослетт снова пожал плечами.
– Вот именно.
Рукой указывая на книгу, он сказал:
– Как ты можешь читать эту чепуху?
– Мы существуем в разных вселенных, – ответил Клокер.
– Что, что?
– В вашей Иоган Гутенберг (Гутенберг Иоганн (1399-1468) – создатель способа книгопечатания. – Ред.) придумал, как печатать книги.
– Кто-кто?
– У вас самый, наверное, известный человек по имени Уильям Фолкнер (Фолкнер Уильям (1897-1962) – видный американский писатель, лауреат Нобелевской премии. – Ред.) был виртуозом игры на банждо.
Чертыхаясь, Ослетт сказал:
– Ничего не могу понять в этой тарабарщине.
– Вот именно, – ответил Клокер, и вновь обратил свое внимание на рассказ под названием "Кирк и Спок влюблены", или как еще это эпическое творение называется.
Ослетт готов был его убить. На этот раз в криптограммах Клокера он почувствовал едва заметное, но явное неуважение. Ему хотелось сорвать с него его нелепую шляпу и поджечь ее, вместе с утиными перьями и всем остальным, выхватить книжку из его рук и разорвать на мелкие кусочки, а потом выпустить в него всю обойму из девятимиллиметрового автомата, вплотную прижав дуло к груди Клокера.
Вместо этого он повернулся к иллюминатору, чтобы немного успокоиться красотой горных пиков и лесов, над которыми они пролетали со скоростью ста пятидесяти миль в час.
А над ними двигались на северо-запад облака. Пухлые и серые, они оседали на горных вершинах; и напоминали караван дирижаблей, летящих над горами.
Во вторник в час десять минут на взлетном поле в Маммот-Лейксе их встретил представитель "Системы", которого звали Ален Спайсер. Он ждал их на бетонной площадке рядом с ангаром из бетонных блоков и ребристого железа.
Хотя он и знал их настоящие имена и был не ниже Питера Уаксхилла рангом, одет он был не так безукоризненно, был не таким учтивым и вальяжным, как тот джентльмен, который инструктировал во время завтрака в отеле. И в отличие от крепыша Джима Ломакса из аэропорта Джона Уэйна, с которым они встречались прошлой ночью, он не предложил им поднести их багаж до зеленого "форда-эксплорера", который в ожидании стоял на автостоянке позади ангара.
