659 Однако, Меркурий является не просто средой соединения, но также и тем, что должно быть соединено, поскольку он есть суть и "семенная материя" как мужчины, так и женщины. Mercurius masculinus и Mercurius foemineus соединяются в и посредством Mercurius menstrualis, который есть "aqua"38. В своем труде "Physica Trismegisti" Дорн дает этому "философское" объяснение: В начале Бог создал только один мир (unus mundus)39. Это мир он разделил на два — небо и землю. "Под поверхностью этого сочетания духовного и материального скрыта третья вещь — священные узы брака. Это и есть "посредник", доселе живущий во всех вещах, связующих оба их полюса, без которых он не смог бы вообще существовать, а они без этого "посредника" не смогли бы быть тем, чем они являются, одной вещью, состоящей из трех"40. Деление на два было необходимо для того, чтобы вывести "один" мир из состояния потенциальной возможности в реальность. Реальность состоит из множества вещей. Но единица — это не число; первым числом является двойка и с нее и начинаются множество и реальность.
660 Из этого объяснения ясно следует, что неуловимый и всемирный Меркурий — этот мерцающий мириадами форм и цветов Протеус — есть нечто иное, как "unus mundus", первоначальное, не-дифференцированное единство мира или Бытия; ??????? гностиков, первичное бессознательное41. Меркурий алхимиков — это воплощение и конкретизация того, что сегодня мы называем коллективным бессознательным. Хотя концепция unus mundus является метафизической идеей, бессознательное может косвенно ощущаться в ходе ее проявлений. Хотя это всего лишь гипотеза, она, по крайней мере, так же вероятна как и гипотеза атома. Из находящегося в настоящее время в нашем распоряжении эмпирического материала ясно следует, что содержимое бессознательного, в отличие от содержимого сознания, до такой степени перемешано, что отдельные его элементы нельзя отличить друг от друга и поэтому они легко могут меняться местами, наиболее ярким примером чего являются сновидения. Из-за того, что отдельные элементы содержимого нельзя отличить друг от друга, у человека возникает впечатление, что все связано со всем и, стало быть, несмотря на разнообразные формы проявления этих элементов, они, в сущности, являются единством. Только сравнительно ясное содержимое может состоять из мотивов или типов, вокруг которых скапливаются индивидуальные ассоциации. Как показывает история человеческого разума, эти архетипы обладают большой стабильностью и так дифференцированы, что могут себе позволить быть персонифицированными и поименованными, хотя их границы и размыты или нарушены другими архетипами, так что может иметь место взаимообмен определенными качествами. В частности, символизм мандалы указывает на явную тенденцию к концентрации всех архетипов в общем центре, сравнимой со связью всего содержимого сознания с эго. Эта аналогия настолько поразительна, что не знакомый с этим символизмом человек может легко прийти к неверному суждению, будто мандала — это искусственный продукт осознающего разума. Конечно, мандалу можно симитировать, но это не является доказательством того, что все мандалы являются имитациями. Они создаются спонтанно, без внешнего воздействия, даже детьми и взрослыми, которые никогда и не слышали о таких идеях42. Мандалу, вероятно, можно рассматривать как отражение эгоцентрической природы сознания, хотя эта точка зрения была бы оправданна только в том случае, если бы можно было доказать, что бессознательное является вторичным феноменом. Но бессознательное, вне всякого сомнения, древнее и "изначальнее" сознания, и поэтому можно с таким же успехом назвать эгоцентризм сознания отражением или имитацией "само"-центризма бессознательного.
661 Центральная точка мандалы символизирует абсолютное единство всех архетипов, а также многообразие феноменального мира, и, стало быть, является эмпирическим эквивалентом метафизической концепции unus mundus. Ее алхимическим эквивалентом являются lapis и его синонимы, в особенности Микрокосм43.
