Укры – это было самое древнее племя существ, умевших постоянно прямо ходить. Остальные по-старинке всё ещё носились на четвереньках или ползали подальше от тех, кто умел кувыркаться, бегать, летать и плавать. Приматка была сама превеликого роста, но укр был выше раза в два. Почему-то все укры были бородатыми – иногда даже самки. Это их сразу отличало от простых, даже похожих на них обитателей доисторического леса. Но вожаки уже умели бриться, чтобы отличаться от остального стада. Брили не только бороду, оставляя одни усы, но и голову для вящей красоты и значимости, сохраняя длинный клок волос на ней – чуприну. А ещё они были настолько вечно голодными, что даже сам Господь Земли толком не мог объяснить самому себе, откуда они взялись? Таких ненасытных тварей он вроде не создавал. Господь попытался было порасспрашивать обитателей соседних планет, но там царил такой беспорядок с различными идеями, что он решил повременить с расследованием. Лишь после аварии летающей тарелки с Сириуса он понял, кому он обязан появлением этих тварей. И эти твари размножались с немыслимой быстротой, что заставило Господа задуматься о будущем своего мира. Они ворвались в эпоху ещё несуразных, но уже многоклеточных, очень вкусных существ – существа со вселенским писком моллюсков исчезли на суше. Лишь часть из них спаслась в пучинах ураганных морских вод. Украм пришлось прокрасться в эру динозавров – динозавры кончились… Выдохлись. Лишь куцая часть живых организмов, чтобы спастись, прикинулась млекопитающими. Но это их не очень выручало… (Палеонтологи подтвердят.) Обглодав кости последнего ящера, укры оглянулись по сторонам – под угрозой вымирания оказалось всё живое на планете. Именно аппетит укров, а не Божий умысел стал не просто основным законом, а пинком для эволюции флоры и фауны на земле. Господь впал в вековую задумчивость…
Глаза укра были полны самой чёрной печали. Он продолжал лапать перепуганную приматку и затем поставил её на четвереньки. С досадой, но тщательно осмотрев её голую красную задницу, похлопал лапой по её бёдрам, немного подумал да и оседлал её:
«Давай скачи по кругу!!» – на телепатическом уровне приказал Великий укр.
И она поползла-поскакала со своим огромным всадником по первобытной поляне, поросшей удивительно прекрасными цветами. Одинокому укру явно вскружил голову волшебный аромат этих растений. Он был романтик. (С ударением на последнем слоге). Укр ухал, вопил и без устали бил по бедрам свое транспортное средство окаменевшими от грязи пятками. Из-за разницы в росте великана и приматки ему приходилось иногда семенить ногами по траве – он скользил и полностью садился на поясницу приматки, но она тогда так прогибалась под его тяжестью, что ему приходилось снова отталкиваться от земли своими ногами. Иногда он останавливал её перед очередным кустом с чудесными цветами, нагибался с неё, срывал ещё один волшебный цветок размером со свою стопу и нюхал, всё более и более развивая свой не только поэтический аппетит.
Ещё немного, и он избавился бы на часок-другой от своей вечной печали – все Великие укры терпеть не могли друг друга по степени значимости своих аппетитов у костра во время дележа еды. Равенства у них не было во всём. Были старейшины – только они имели право бриться, оставляя на себе длинные висячие усы. Были старшины – эти тоже брились, но не всегда – затем их самки, потом по рангу шли охотники и учёный сброд, первыми среди последних были музыканты и певцы, потом слуги старшин, повара и мастера всяких поделок. Последними в пищевой цепочке были печальные… То есть, просто укры. Но всё равно – Великие укры.
Он уже выбирал место для своего обеда, но тут… «Стоять! Дикие кошки! Давай в пещеру!» – объяснил перемену своих планов приматке наездник.
Приматка, несмотря на пот и круги перед глазами, закружившуюся от перенапряжения всех её сил голову, сама заметила опасность и рванула к скалам. Великий укр, несмотря на всю свою первобытную печаль, сообразил, что с такой скоростью ему не оторваться от преследователей, и соскочил с приматки. Он попытался было спрятаться в ближайших кустах, но тщетно… Исполины очень плохо бегали. Несколько кошек с огромными клыками отважно бросились в заросли и настигли самого печального на свете укра. Приматка спаслась, с быстротой испуганной ящерицы взлетев на огромное одинокое дерево с гигантской густой кроной…
