Слова Артаса были мгновенно восприняты в самом серьезном ключе. Двое его верных помощников знали — их друг-патрон может шутить почти над всем подряд, плести хитрые сети забавы ради, но никогда и ни при каком условии не станет несерьезно относиться к великой и нескончаемой Игре.
— Незримые, значит… Так, экселенц?
— Чтобы исключить любое возможное любопытство этих личностей, хватило бы Преддверия Хаоса. Туда и ходу никогда не будет, в средоточии нашей силы они никто и ничто. Да вы с Фалль и сами должны это понимать, недаром узнали о них много нового и интересного. Тут другие, опаснее. Из-за них я и вынужден встречаться с вами тут, посредимежмировой тропы, как какой-то из наших эмиссаров в мирах Веера.
— Кто это такие? — промурлыкала Фалль, делая несколько шагов в сторону и зазывно покачивая бедрами. — Ты только скажи, мы их будем медленно и с фантазией знакомить с невыразимо длительной болью, с вечно приближающейся, но недостижимой смертью. Я покажу твоим врагам страх и отчаяние, воплощу в реальность самые безумные кошмары.
— Спокойно, красавица, спокойно. Даже я не в той весовой категории, чтобы выходить против такого противника и его слуг, а может и вовсе союзников. Если даже придет в голову безумная идея объединиться с Арагорном, мы не сможем одолеть его… Это не межмировое божество, а межвеерное. Понятно вам?
— Скверно!
— Да, Шут, иначе и не скажешь. Не так давно я имел с ним… беседу. Он не постеснялся явиться прямо в Преддверие Хаоса, как к себе домой. Мало того, посмел ставить условия МНЕ! Из-за НЕГО я вынужден таиться по углам Веера, когда хочу поговорить с теми немногими, кому могу доверять! Впрочем… — Артас успокоился так же быстро, как и пришел в ярость. — Пока мне даже выгодно нечто, полученное оттуда. Ну а дальше…
Завидев такую гримасу ненависти на лице бога Хаоса, многие внутримировые властители судеб попрятались бы по отдаленным схронам, мечтая лишь о том, чтобы ее обладатель поскорее слинял куда-то подальше и больше не появлялся. Ну а особо приближенные… они знали, что именно такое выражение лица предшествовало особо изощренным планам, приберегаемым лишь для действительно опасного врага.
— Пусть все идет своим чередом, — процедил Артас. — Наблюдатель, а именно так зовут это существо, тоже связан рамками законов, что установлены самим Творцом — незримым, недействующим, но все же существующим.
— Но мы можем…
— Молчи, подруга, — гаер ткнул ее под ребра сложенными вместе пальцами. — Экселенц может говорить, а способен и молчать. А молчание — золото, как завещал своим деткам покойный фальшивомонетчик, которому залили в глотку серебро за излишнюю болтливость.
— Слушай Шута, девочка, он хоть и комик, но дело знает. Встреча окончена, дольше задерживаться опасно. Разговора не было до моего указа. И ни с кем, даже друг с другом!
Перепад магических энергий, и вот уже вместо троицы в Тумане остался лишь сам Артас. Уходить сразу ему не стоило, надо было кое-что подчистить, чтобы и малейшего следа не оставалось.
Создание первозданного Хаоса понимало весь риск затеянного им, но отступать было не в его принципах. Артаса можно было уговорить, что-то важное выторговать, в редких случаях даже обмануть. Но вот ставить ему жесткие ультиматумы… Бурлящий в душе Хаос требовал выхода. Жажда мести затмевала все остальное. Огромных трудов ему стоило сдержаться, не ринуться еще тогда, в момент встречи с Наблюдателем, в отчаянную атаку. Остановило лишь понимание, что шансов на победу просто нет. Вообще нет.
Зато был шанс при другом варианте — сложном, многоходовом, предусматривающем серьезные риски и требующем доверять кому-то еще, кроме Шута и Фалль. Это и было для Артаса самым сложным, требующим несколько изменить путь уже своего развития, привычек, взгляда на миры вокруг и созданий, что их населяли. Но иного пути не было, потому как проглотить пилюлю, отказаться от собственной гордости было и вовсе непредставимым.
— Ход за вами, мальчики и девочка… — пронеслась мысль в мозгу у бога Хаоса. — Пора и вам выйти из детской песочницы.
Усмехнувшись собственным мыслям и еще раз прогнав перед внутренним взором начинающийся вырисовываться план, Артас прищелкнул пальцами, готовясь переместиться к себе, к родным пенатам. Мгновение, и снова туман, снова пустота и безжизненные окрестности.
Глава 2
Городок оказался красивым, чем-то напоминающим те, что видел на старых фотографиях своего родного мира. Ну а время… где-то конец девятнадцатого или начало двадцатого века, но со своими особенностями. К примеру, не было автомобилей в привычной мне форме, зато по улицам вальяжно проплывали экипажи на паровом/магическом ходу. Принцип там был все тот же, схожий с уже виденным мной в той дрезине, на которой я приехал сюда. В воздухе ощущалась повышенная влажность, казалось, что вот-вот пойдет дождь. К счастью, пока все обходилось, а то не хотелось бы промокнуть до нитки. За здоровье не беспокоюсь, но вот внешний вид… Как-то несолидно для моей маски заявляться в гостиницу в виде мокрой курицы.
