Хрусть-пш-ш… Осыпаются обломками и ржавой пылью обе турели, из которых теперь никто уже не сможет стрелять, да и ремонту они однозначно не подлежат. Зато что остаётся целым и невредимым — концентраторы, которые и на четверть исчерпаться не успели. Телекинетическое воздействие,и вот они, оба-два, у меня в руках. Надо будет изучить на досуге. Хотя и мимолетного взгляда хватает для того, чтобы удостовериться — эти штуки если и здесь создавались, то не местными мистиками. И не в мире Фрахталя, к слову сказать, ибо было в них нечто незыблемое, близкое к абсолютному порядку, каковой, как я успел понять, изучая Порядок и Хаос, возможен лишь у мастеров тех мирах, что очень сильно притянуты к извечному антагонисту Хаоса.
Впрочем, эти мысли сейчас лишние. Ведь уничтоженные мистики-стрелки, разрушенные турели — это явно не всё, что нас ждёт. Это лишь предбанник. Всего-навсего «разминка» перед главным защитником или защитниками этого места. Я уже чувствую его присутствие, его силу. Чувствую и то. что он опирается не только на собственные возможности, но и на целый комплекс из амулетов/артефактов, которым владеет…. Нет, не владеет, с которым крепко-накрепко связан. Или даже не связан, а… соединён? Что за? Сдаётся мне, сейчас я не просто почувствую, но ещё и увижу нечто такое, чего мне и видеть не особенно то хотелось бы. Делаю шаг, другой, предварительно окутавшись всеми доступными сейчас защитными плетениями, после чего…
Колба, да не простая, а с разумным содержимым. И не из банального стекла или там иного прозрачного материала — из чистой энергии разных типов, скрепленной в узловых точках особыми амулетами. Висящая в воздухе, но связанная обычными и энергетическими жгутами с массивной плитой основания и множеством странных механизмов, Однозначно техномагического типа, абсолютно чуждая этому миру конструкция, но именно она является настоящим сердцем «Механомагического треста Гинделла». Использующая… Проклятье, а ведь что-то такое я уже слышал. Тогда, уже вернувшись на землю и столкнувшись с подряжающим меня на очередную работу Артасом, живым и вне всякого сомнения божественным олицетворением Хаоса. Тогда мы разговаривали не только о моей будущей миссии в новом мире, но и о тех моих коллегах по межмировым странствиям, с которыми сподобился столкнуться. Змей и Безымянный, дроу и лич. Уж теперь и не знаю, делает ли Артас что-либо просто так?
На автомате отвожу в сторону заклятья, которые — внимание, это уже действительно важно, в сторону отбросить не получится — начинают становиться не просто более мощными и изощрёнными, но ещё и имеющими основу не одного мира, а сразу нескольких. То сочетание, то просто незнакомая или частично знакомая школа магии без примесей. Это не столь важно, в отличие от иного. Пленник, а точнее пленница, находящаяся в «колбе», выкачивала магическую энергию, находящуюся в этом месте, но вместе с тем… Шаблонность, этакая неряшливость, отсутствие настоящего желания сокрушить противника-вторженца во что бы то ни стало — потому и пленница, никаких сомнений. Половая принадлежность таки да изволила проясниться, хотя черты лица и раже расу различить пока не выходит. А уж действует ли находящаяся в «колбе» «из-под палки» или просто с промытыми до скрипа мозгами — тут уже дело десятое.
Чередую Цвета, составляя чуть ли не кратно усложнённую «радугу». То используя весь собранный спектр, то очередность с разными периодами и интенсивностью воздействия для каждого. Цель у меня в данный момент не обрушить тут всё в долбеням, а куда как более сложная и тонкая. Мне нужно понять! Понимание же невозможно без того, чтобы не сорвать в самом прямом смысле слова все эти мешающие увидеть барьеры как с собственно пленницы, так и с техномагической машинерии.
— Прикрываете от шальных визитеров, — рявкаю в сторону приданной мне «грозовиками» группы.
