Драко напрягся, переведя взволнованный взгляд на Забини.
— Что за женщина?
— Знаешь, я никогда не видел у людей такого хищного взгляда. Тем более у женщин. От неё прямо разило кровожадностью, — он на мгновение затих, не решаясь признаться. — Если честно, когда она на меня посмотрела… мне стало немного не по себе, такое ощущение закралось, словно она была не прочь из меня вытрясти информацию, прибегнув к каким-нибудь изощрённым пыткам.
— Твою мать… Беллатриса, — ошарашено выдохнул Драко, вдруг осознав, как сильно он сглупил, решив проигнорировать указание отца. Если она, одна из приближённых, явилась по голову своего драгоценного племянника, а не какой-нибудь Северус Снейп, то всё куда хуже, чем он мог себе представить.
«Вопрос времени, когда папочка доберётся до меня», — нервно размышлял он, сам себе не отдавая отчёта, как громко принялся стучать пальцами по кожаному подлокотнику. — «В этот раз точно всё дерьмо из меня выбьет».
— Эй, — Блейз положил ладонь на плечо приятеля, продолжая другой рукой придерживать руль. — Если что, ты знаешь — я всегда помогу.
— Да бля, как ты можешь? Ты же никак не связан с этими людьми. Вообще не имеешь никакого отношения, а вместе с тем и представления о них! Это мой батя-фанатик пытается мою задницу на сковородке пристроить.
— Ты всё ещё не хочешь мне рассказать?
— Что?
— Почему твои взгляды на жизнь так кардинально переменились? Ты же ещё несколько месяцев назад сам рвался свой зад протиснуть поближе к огоньку.
— Потому что я был грёбанным глупым мальчишкой, — зло прорычал Драко, практически срываясь на крик. После чего внезапно замолк, давая понять, что в подробности вдаваться не собирается. На то было несколько причин, и далеко не все — эгоистичные.
Блейз больше не пытался заговорить, полностью отдавшись вождению, а Драко, став хмурее тучи, погряз в размышлениях о своей скорой участи.
***
Рухнув мешком на кровать, она устало прикрыла глаза. Налившееся свинцом тело ныло: особенно плечи и спина. Умелый массаж был бы сейчас как нельзя кстати. От одной мысли, как ловкие руки скользят по смазанному маслом телу, массируя ставшие комом мышцы, спирало дыхание. Но это всего лишь мечты: кто ей захочет за красивые глазки ручки-ножки растирать? А платить кругленькую сумму за сомнительную процедуру ей совсем не хотелось.
Лениво перекатившись на живот, Гермиона потянулась к валявшейся у подушки портативной игровой консоли*. Пальцы, соскучившиеся по любимому куску пластмассы, нежно обхватили корпус, и указательный привычным движением чуть зажал кнопку включения.
В дверь кто-то негромко постучал, заставив замереть и прислушаться к шорохам со стороны уличного коридора. Кого только нечистая сила принесла? Гостей ей сейчас принимать совсем не хотелось. Но всё же, переборов своё нежелание, Гермиона поднялась с кровати и медленно побрела хотя бы взглянуть в глазок. Ведь не обязательно выдавать своё присутствие дома.
Каково же было удивление от увиденной светлой макушки.
«Каким ветром занесло?» — искренне удивилась Гермиона, предвкушая интересный диалог, в то время как руки уже шустро отпирали замки.
— Доброго времени суток, — мягко поприветствовала Полумна, бесцеремонно заглядывая в чужую квартиру. Она была одета в розовые хлопковые бриджи и комплектную рубашку, поверх которой был накинут тонкий кардиган. Вид, мягко говоря, домашний. Не верилось, что в подобных одеяниях можно было разгуливать по улицам.
— Здравствуйте, по какому поводу, мисс…
— Лавгуд. Можно просто Полумна. Многие на работе меня зовут Луной или чокнутой, но последний вариант мне не очень нравится.
«Не удивительно», — усмехнулась Гермиона, продолжая разглядывать внезапную гостью. Она ожидала, когда та, наконец, объяснит причину своего визита, но кроме блуждающего мечтательного взгляда так дождаться ничего и не удалось.
— Так по какому поводу, мисс Лавгуд?
— Я проживаю в соседней квартире, но из-за дел на неделю задержалась в знакомстве с новосёлом, — Полумна приподняла руку с прозрачным пакетиком, в котором находился продолговатый контейнер. — Вот, испекла пирог с крапивой и ананасами.
— Какое экзотическое сочетание, — оторопело прокомментировала Гермиона, отходя в сторону от прохода в коридор.
Устроившись в кухне за маленьким столом на две персоны, девушки приступили к чаепитию. Гермиона не обладала большим ассортиментом выбора, поэтому заварила обычный чёрный байховый чай, но гостья оказалась весьма непривередливой особой. По крайней мере, нос не морщила. Пирог, к слову, оказался неожиданно вкусным не только для изделия с приличным количеством крапивы, но и в целом среди других представителей кондитерской продукции.
— Я могу задать немного личный вопрос? — осторожно спросила Гермиона.
— Конечно.
— Почему у тебя такие прозвища на работе?
— Луна — это дословный перевод моего имени, а чокнутой меня зовут из-за недопонимания, хотя я их не виню, — спокойно пояснила Луна, отправляя в рот очередной кусочек пирога. — Многие не видят не потому, что оно скрыто из их поля зрения, а из-за того, что это входит в резонанс с их заводскими настройками.
— Чего не видят?
