— Тебе не разрешалось открывать свой поганый рот, — сквозь зубы от ненависти прошипел Люциус. Подняв пистолет и направив дуло на стоящего на коленях мужчину, он хладнокровно спустил курок.
Пуля попала точно в затылок. Не было ни брызг крови, ни вскриков боли. Водитель ещё простоял несколько секунд, а затем мешком рухнул на землю. Его лицо оказалось направлено в сторону окаменевшего подростка: остекленевшие глаза всё ещё смотрели на Драко, а на губах застыла лёгкая беззлобная улыбка.
Резко дёрнувшись, парень смог вырваться из хватки на миг оторопевших амбалов и сделал несколько шагов по направлению к Френчу, но ставшие ватными ноги дрожали, поэтому он рухнул на колени всего в паре метров от него. Мутная лужица крови быстро расползалась вокруг головы мёртвого мужчины, смешиваясь с дождевой водой. Этот алый цвет смог достучаться до сознания Драко, отчего он, вскинув голову, закричал что было мочи.
Он вопил снова и снова, пока горло не стало нещадно драть, и его вой не сменился хриплым свистом.
Явно раздражённый этой картиной, Люциус приказал абсолютно бесстрастным голосом, словно это и не он только что убил живого, хорошо знакомого ему человека, стоявшим в нерешительности охранникам возле поникшего мальчишки:
— Вырежьте ему левый глаз.
Один из телохранителей достал из-за кобуры, закреплённой на пояснице, остро заточенный охотничий нож и присел на корточки около Френча. Он небрежно перевернул мужчину с живота на спину и, словно брезгуя, коснулся подбородка мертвеца.
Драко, наблюдавший за действиями амбала, чувствовал себя совсем беспомощным, болезненно-опустошённым. Он следил одним только взглядом за тем, как тот направляет лезвие ножа к лицу близкого для него человека. Как только могут быть люди столь безжалостны? Этот несчастный старик, полжизни положивший на работу у Малфоев, не заслужил такой скотской смерти, и уж тем более такого отношения после неё.
— Отойди от него! — попытался прорычать Драко, но из-за того, что он уже успел сорвать голос, вышло что-то бессвязное, жалкое, напоминающее попытки маленького львёнка повторить за вожаком прайда громогласный рёв.
Метнувшись вперёд и в тот же миг оказавшись на внезапно окрепнувших ногах, парень рванул к охраннику. Он с разбегу врезался в того плечом, заставив тем самым махину из сплошным мускулов пошатнуться.
Но что Драко увидел в результате? Практически насквозь прорезанную щёку? Разве он этого добивался?
На глазах навернулись слёзы. Всё, что он мог сделать — ухудшить и без того паршивую ситуацию. Это из-за него теперь на лице старого доброго Френча зияла эта кровоточащая расщелина.
— Почему он всё ещё здесь? — снова подал голос Люциус. И мальчишку схватили и потащили — на этот раз уже в сторону дома. Не было больше ни сил, ни желания сопротивляться.
Последним, что он увидел, было окровавленное глазное яблоко в ладони телохранителя и безэмоциональный взгляд отца. Они мгновение смотрели друг другу в глаза, и Драко беззвучно, отчётливо выделяя губами каждую букву, прошептал, скалясь от переполняющей его злости:
— Ты не человек. Нет-нет, ты — чудовище. Грёбаный монстр.
***
На часах перевалило за полдень, а он всё ещё валялся в постели, только разлепив глаза и лениво почёсывая бок. С кухни доносился манящий аромат кофе с едва уловимым оттенком пряностей и жареной яичницы с беконом. Эти вкусные запахи действовали на него магическим образом, буквально силком выдернув из-под уютного одеяла.
Драко практически бесшумно подошёл к дверному проёму, ведущему на кухню, и, прислонившись плечом к деревянной балке, остановился, застав Гермиону в довольно милом виде. Она, потешно пританцовывая на месте, тихо напевала себе под нос какую-то незнакомую ему песню с заводным, весёлым мотивчиком и намывала посуду. От одного только взгляда на неё терзавший его каждую ночь сон скидывал свои оковы, позволяя на миг забыться. Возможно, Драко ещё и сам не понимал, каким целительным было её воздействие на него, но в одном он был уверен — ему больше не хотелось сдерживаться.
Двигаясь всё так же тихо, он подошёл к Гермионе и, потянувшись к верхнему ящику, прижался обнажённой грудью к её спине.
— Драко? — испуганно выдала Грейнджер, попытавшись дёрнуться в сторону, но Малфой, бесцеремонно положив ладонь ей на талию, без какого-либо видимого усилия удержал её на месте. Другой рукой он спокойно достал с верхней полки кружку, не спеша обратно закрыл шкафчик и двинулся к столу, где стоял стеклянный кофейник.
— Утречка, — с растянувшейся на губах плотоядной улыбкой произнес Драко, пересекнувшись взглядами с обернувшейся девушкой. Её щёки снова пылали. А он, щурясь, как мартовский кот, был этому несказанно рад.
