— Я тебя хотела об этом спросить!
— Меня?
— Август! Зачем вчера ты напоил меня? Скажи! Зачем?
— Не понимаю.
— Отлично понимаешь. Посмотри мне прямо в глаза! Ты его убил?
— Женщина, ты совсем потеряла разум!
— О нет, не потеряла. Знаю, ты на все способен. Убил своего родного ребенка, ты, подонок! Ты трус! Чтобы достичь своей цели и быть королем нефти, ты совершишь любое преступление!
Постучали в дверь, в комнату вошел Ганс Бахман.
— Не помешал? У меня к вам очень деликатное дело, господин барон.
Кристина почувствовала острую боль в желудке и вся покрылась холодным потом. Август машинально вышел вслед за Гансом, и они направились в его апартаменты. Кристина боялась двинуться с места, ноги не слушались ее, тело охватила дрожь. Она потянулась за бутылкой, налила полный стакан виски, несколькими глотками выпила. Через минуту почувствовала тошноту…
В кабинете Бахмана Августа ожидал полковник.
— Я очень рад, что опять вижу вас, — сказал он, приветствуя хозяина дома. — Придется отнять несколько минут вашего драгоценного времени. Прошу садиться.
— Что подать господам? — спросила Марта, которая в этот момент вошла в комнату.
— Спасибо, мне ничего, — ответил Август.
— Мне тоже, врачи разрешают только маленькую рюмочку коньяка, — ответил полковник и, когда Марта деликатно удалилась, приступил к делу: — До меня дошли слухи, что вы, господин барон, подружились с комендантом здешнего гарнизона.
— Да, — ответил с облегчением Август. — Я хорошо знаю коменданта гарнизона.
— Как давно вы его знаете? Что это за человек?
— Приблизительно полгода. Он часто нас навещает. Мы играем в покер. Именно сегодня вечером договорились о встрече. Очень веселый, любит вино, женщин, не пренебрегает подарками, симпатизирует нам. Он ожидает, что с нашей помощью сделает себе карьеру.
— Это прекрасно, — сказал полковник.
В соседней комнате зазвонил телефон. Ганс вышел, а полковник продолжал:
— Я бы хотел, чтобы вы попросили коменданта гарнизона одолжить нам пятьсот мундиров, в том числе десять офицерских. Скажите ему, что они нужны нам для киносъемочной группы, которая здесь будет снимать фильм. Очень хотелось бы, чтобы это осталось между нами. Никто другой не должен знать. Конечно, мы отблагодарим его. Можно на вас рассчитывать?
— Постараюсь, — ответил Август.
— Нет, — решительно произнес полковник. — Мы должны иметь абсолютную уверенность. Когда вы дадите ответ?
— Хотя бы завтра, поговорю с ним сегодня.
В комнату вернулся Ганс и доложил:
— Приедут через пятнадцать минут.
Полковник кивнул и опять обратился к Августу:
— Кроме того, мы желаем, чтобы вы нам, то есть нашим людям, уступили один склад на территории фабрики. Подробности этого вопроса прошу согласовать с Гансом. Сколько вы в последний раз уволили сотрудников?
— Двадцать, такой был уговор.
— Это хорошо. Прошу уволить еще десять. Мы должны устроить тридцать наших человек. Конечно, все увольнения вы должны проводить очень осторожно.
— Хорошо, понимаю, — ответил Август.
— Крайне вам благодарен, господин Витгенштейн. Считаю, что мы приближаемся к цели. В воздухе чувствуется запах нефти. Еще раз благодарю…
Август попрощался с полковником и вернулся к себе. Кристина лежала на диване в измятом платье.
— Напилась?
— Они уже знают? — с трудом промолвила женщина.
— О чем? — спросил Август.
— О… трупе.
— Успокойся! Иди умойся, переодень платье, быстро.
— Сейчас же скажи! О чем ты говорил с Гансом?
— Я разговаривал с полковником.
— О чем?
— Ни о чем. Иди переоденься!
— Нет! Я должна сейчас… поискать рисунок…
— Успокойся. Я поищу. Умойся и ложись.
— Нет… Я сама… сама.
— К черту! Умойся и ложись спать! — крикнул муж, разозлившись.
— Хорошо, иди сам… Картинка не должна оставаться в саду… — пробормотала Кристина и, шатаясь, пошла к двери.
Август вышел в сад и, как будто прогуливаясь, начал искать в кустах рисунок Генриха. Он не знал, что его опередила Наргис, которая нашла талисман и сейчас из кухни внимательно наблюдала за двором.
Когда Август вернулся в гостиную, он с удивлением увидел рядом с продолжающей всхлипывать Кристиной Карла, сидящего в инвалидной коляске.
— Обрати внимание, как он смотрит на меня! — произнесла женщина.
— Иди в конце концов в свою комнату!
— Но скажи, почему он так смотрит на меня?! — кричала, еле держась на ногах, женщина.
Август подал ей таблетку:
— Прими это и иди отдохни.
— Он все время на меня смотрит! Только на меня!
— Идем в спальню!
— Нет, я должна идти к Генриху!
К дворцу подъехал автомобиль, из него вышло четверо мужчин. Двое направились в апартаменты Бахмана, а двое других начали внимательно рассматривать дворец и обстановку вокруг. Кристина все время порывалась выйти в сад. Август удерживал ее силой.
— Проспись! Я уже говорил тебе, что приехал полковник и еще кто-то. Черт побери! — выругался Август и наконец затащил жену в спальню.
В это время в кабинете Бахмана началось совещание. В нем приняли участие адмирал Вильгельм Канарис, полковник, немецкий консул и Ганс. Первым начал говорить полковник:
