И именно это всегда порождает новые вопросы. Когда и при каких обстоятельствах было установлено это надгробие? Дело в том, что всегда существовал вопрос, каким образом Клеопатра смогла спастись, если осажденный фанагорийцами, по сообщению Аппиана, акрополь сгорел? Археологические раскопки последних лет вскрыли слой огромного пожара на фанагорийском акрополе. Важно, кажется, учесть еще одну деталь – акрополь находился вдали от порта. Посланные Митридатом на спасение Клеопатры солдаты должны были пробиться через город? Но тогда почему они не взяли его полностью под контроль? Это позволяет Е.А. Молеву считать, что Клеопатра защищалась не в акрополе, а в другом каком-то месте ближе к порту, дождалась помощи десанта и была спасена[181]. Руководитель фанагорийской экспедиции В.Д. Кузнецов склоняется к той точке зрения, что солдаты Митридата, прибывшие спасать Клеопатру, подавили восстание. «Что же касается Гипсикратии, ясно одно – она погибла во время этих бурных событий». Логика историка понятна: если жена Митридата похоронена не в Пантикапее (где находился царь), то, вероятно, она и умирала там же – в Фанагории. Наиболее яркое событие этого времени в городе – восстание, и, учитывая характер Гипсикратии, трудно предположить, что она осталась в стороне от событий. Он также допускает, что мраморная плита надгробия – часть памятника погибшим во время восстания близким Митридату людям. Иными словами, он считает, что у сторонников Митридата было достаточно времени, чтобы устроить (начать?) похороны. При всей привлекательности этой версии принять ее трудно. Самое главное – она противоречит судьбе Артаферна, Дария, Ксеркса, Оксатра и Эвпатры, которые, как известно, участвовали в триумфе Помпея. В традиционной версии событий это кажется естественным и объяснимым – дети царя попали в плен к вождю восставших фанагорийцев Кастору, и тот отправил их Помпею. Если же восстание было подавлено, то надо строить другие, более сложные и маловероятные предположения (например, что их выдал Фарнак, что часть восставших ушли из города, уведя царских детей в качестве заложников, и т. п.).
Кажется, что все это лишнее и нет смысла строить таких гипотез. Гипсикратия скорее всего умерла до восстания. Мы знаем, что перед захватом Фанагории царскими войсками Митридат болел (зимой 64/63 гг. до н. э.): «Страдая какой-то болезнью – нарывами на лице, он обслуживался тремя евнухами, которые только и могли его видеть». Предположение, что речь идет об инфекционном заболевании, кажется оправданным – иначе зачем нужен карантин? В этой ситуации пребывание детей Митридата и Гипсикратии вне Пантикапея совершенно объяснимо. Как и смерть жены царя по совершенно естественной причине. Более того, если болезнь носила инфекционный характер, то Гипсикратия должна была заразиться одной из первых, и тогда появление детей в Фанагории еще более понятно. Этому совершенно естественному сценарию внешне противоречит только одно соображение – по сообщению Аппиана, решение о вводе гарнизона в Фанагорию было принято царем, «когда болезнь прекратилась». Однако автор сообщает, что до этого военачальники Митридата уже захватили укрепленные пункты. Видимо, это были города и крепости на азиатском берегу Боспора, и Артаферн с братьями участвовал в этих военных действиях. Решение взять под контроль Фанагорию было завершением операции.
Восстание фанагорийцев привело к отпадению полисов на европейской части Боспора: Феодосии, Нимфея и др. Отпал Херсонес. Царь, видимо, хорошо ориентировался в ситуации, знал о настроении в войске и народе и понимал, что подавить выступление с помощью армии, набранной из боспорцев, не удастся. Поэтому он обратился к помощи скифов, предложил им союз, послав своих дочерей в жены к скифским правителям, «прося возможно скорее прибыть к нему с войском». Девушек сопровождали царские послы – евнухи и отряд в 500 человек в качестве почетного эскорта. Но войско действительно было ненадежно. Солдаты «едва отъехали от ставки Митридата, убили везших девушек евнухов….а девушек отвезли к Помпею» (Арр. Mithr. 108). Имена всех их мы не знаем – одну, видимо, звали Орсабарис. Это видно из того, что она была одной из двух дочерей, участвовавших в триумфе Помпея (вторую звали Евпатра, и она попала в плен в Фанагории).
