На меня кинулся первый отвратительный криол, я с отскока вправо уклонился от вражеского выпада, затем отправил с ноги его провалившуюся по инерции вперёд тушку в сторону, где от сильного удара его тело влетело в дерево, а я помчался дальше, избегая по возможности встреч с его собратьями. Спустя несколько секунд на меня вновь накинулся криол, я разяще ударил клинком сверху вниз прямо по его руке, которую тварь протягивала к моей шее. К моему удивлению, он сумел беспрепятственно схватить оружие своей рукой, при более детально рассмотрении я обнаружил на его руке рунную металлическую перчатку из низкокачественного материала. Если бы вложил больше энергии в свой удар, то, возможно, и пробил бы защиту, но что есть, то есть.
Когда тварь замахнулась на меня второй рукой, нацеливаясь длинными ногтями на моё горло, я сделал резкий шаг в сторону, не выпуская при этом из рук рукоятку клинка. В то же время, как только заметил у него на руке артефакт, начал преобразовывать рядом с собой шар огня, однако на то требовалось немного времени, чтобы вложить в него достаточно энергии. К слову, первоначально в качестве эксперимента я попытался преобразовать элемент прямо на нём, но энергия сразу же была рассеяна. Пока шар набирал силу, мы с моим визави обменялись парой атак, которые благополучно заблокировали, и в определённый момент я резко отдёрнул клинок на себя, из-за чего оппонент по инерции провалился вперёд, получив по морде от меня шар огня без возможности уклониться, его пылающее тело безвольно свалилось на землю с зияющей дырой в голове.
Завершив схватку, я устремился дальше, благо оставалось ещё совсем немного. Выскочив на берег, обнаружил на нём трёх раненых адептов, успевших отступить. В суматохе двое ближайших людей изначально приняли меня за своего, поэтому я на скорости проскочил сквозь них к третьему, стоявшему у переправы.
— Схватить его! — закричал он, заметив неладное. — Он не наш!
Энергия у него, кажется, была на нуле, поэтому я без труда избежал выпада копьём, и колющим ударом пронзил его сердце, после чего без напряга отправил тело оппонента жёстким ударом с ноги точно в воду, которое сразу же унесло сильным течением.
Позади послышались голоса:
— Ублюдок!
— Вот падаль!
Не озираясь по сторонам, я понесся по мосту. Добравшись до его середины, обернулся, вложил в клинок максимальное количество энергии, которое он только мог вместить, и начал долбить по переправе что есть мочи прямо перед опорными столбами, торчащими из воды, которые удерживали первую часть моста.
— Что ты творишь?!
— Мразь!
Потребовалось всего три удара, чтобы она обрушилась в воду вместе с двумя адептами, которые успели ступить на мост.
Упавшие в воду люди в панике поплыли изо всех сил к берегу. Одному это не удалось из-за его многочисленных ран, и его унесло по течению, у второго же вышло, однако, к сожалению для себя, он получил внезапную со спины атаку огнём, которым затем охватило всё его тело.
— Аааах! — протянулся от него истошный крик, в конечном итоге, он снова бросился в воду, но на сей раз ему не повезло — его пылающее тело унесло вниз по течению. К сему времени часть адептов уже вышла к берегу, в ужасе уставившись на разрушенный мост. Окровавленные, измученные, обессиленные — не завидная участь их там ожидает.
Через мгновение и на берегу развернулась кровавая битва. Адептов осталось всего шестеро. Я заметил, что трупы людей криолы хватали за ноги и волокли в лес. Наверняка будут использовать в качестве пищи. И весьма питательной пищи, как никак адепты.
Исходившая из флейты мелодия с течением времени становилась всё тише и тише, видимо, предзнаменовывая окончание битвы.
В данном случае я сделал ставку на то, что криолы не кинутся в воду, поэтому и решился к подобным радикальным действиям. Отбросив задние мысли, я разрушил вторую часть моста и направился дальше к гроту в скале.
Зайдя внутрь, обрубил оставшийся участок переправы у опорной части. Мне на самом деле повезло, потому что было всего восемь таковых. Два у берега, два в гроте и четыре по центру.
Достав сиалит, восстановил энергию, потом успокоил свои разыгравшиеся нервишки и направился в логово преступницы.
— Как мой внук? — прозвучал хриплый старческий голос c нотками недовольства в нём. Говорившим оказался главный старейшина рода Лайтерс, ухаживающий на корточках вручную за диковинным растением в цветнике. Подле него стоял низенький мужчина средних лет, наблюдающий за тем, как его отец аккуратно подрезает листья.
— Неважно.
— Разве его раны не зажили?
— Дело тут не в ранах. Проблема в действительности намного глубже, чем кажется на первый взгляд. Гран изо всех сил старается вести себя так же, как и раньше, однако от моих глаз ему не скрыться. Он сейчас сильно замкнулся в себе. Поражение наследнице рода Экхарт сильно ударило по его завышенной самооценке.
