«Интересно, а что дала бы мне кровь этого орла пламенного? – неожиданно мелькнула у меня в голове мысль, после которой я скривился. – Чёрт, это уже попахивает профессиональной деформацией».
Глава 11
- Главное, нечего не бойтесь. Амулет защитит от любой атаки, а мои люди остановят вашего сына. Но я надеюсь, что до этого дело не дойдёт.
Этот разговор проходил у меня в Новом лагере рядом с Лесом, который я создал для инициации первых магов. Я, два гвардейца из землян, Ползун и пожилая женщина из нетерисов, мать ещё одного моего гвардейца, который должен вот-вот прибыть сюда. Находились мы в небольшой постройке из профилированных труб, обшитых металлическими сэндвич-панелями. Из-за частых налётов ночных тварей из Леса, пришлось все палатки заменить на вот такие здания. Для когтей, клювов и зубов два слоя полуметрового железного листа оказались непробиваемыми.
- Да, господин, я всё поняла, - нервно ответила та. – Всё будет хорошо.
Несмотря на свой ответ и мои слова спокойной и уверенной в благополучном исходе моей задумки она не выглядела.
Через несколько минут пришёл Сов
- Командир? – тот вопросительно и с заметным чувством настороженности и непонимания посмотрел на меня. Обращение пошло среди гвардейцев с лёгкой руки их командира. Сам же Тесак иногда ещё и магистром меня называет.
- Тебе и твоим товарищам предстоит выполнять опасные и сложные задания, некоторые могут тебе не понравиться.
- Я выполню любой приказ, - твёрдо сказал тот.
- Наверное… или нет, - развёл я руками. – Есть лишь один способ это проверить.
Тот, понял, что сейчас услышит нечто такое, что ему не понравится. Бросил быстрый взгляд на бледную мать, слева и справа от которой стояли гвардейцы в полном доспехе, потом опять посмотрел на меня.
- Командир…
- Я хочу, чтобы ты убил её. Если сумеешь убить мать, то выполнишь и любой другой приказ, - перебил я его.
Тот отшатнулся назад, словно я его ударил по лицу кулаком:
- Нет!
- Я
Рука гвардейца даже не дёрнулась к рукояти клинка на своём боку.
- Я не могу этого сделать, - глухо произнёс он. – Это моя мать.
- А это мой приказ!
- Это моя мать! – почти закричал он, заставив окружающих дёрнуться. Тесак шагнул к нему, а оба гвардейца выступили вперёд, прикрывая женщину собой. Только Ползун остался на месте, даже не шевельнувшись, изображая из себя огромную гору из земли и металлических пластин всевозможных форм. Нетерис посмотрел на них и остался на месте, хотя было видно, что у него мелькнула мысль броситься на меня. Но слишком хорошо он знал возможности бойцов в големоброне. Против них он был сущим котёнком в схватке с волкодавом.
- Что ты чувствуешь сейчас, Совент? – внезапно спросил я его. Такая резкая смена темы выбила его из колеи, в его взгляде злость, отчаяние и боль сменились в очередной раз непониманием ситуации.
- Чувствую? – переспросил он.
- Да. Тебе больно физически, мысли путаются, тяжело дышать?
- Я… нет, только боль здесь, - он ударил себя кулаком по левой стороне груди, - что я не тот, кто вам нужен… и то, что я считал вас своим командиром, а вы…
- А я и есть твой командир, - перебил я его. – Жёсткий, но твой командир. Заметь – не жестокий. Когда ты не выполнил мой приказ, тебе стало дурно или больно?
И вот сейчас в его глазах мелькнуло понимание ситуации. Машинально он схватился за кожаный ошейник, который опоясывал его шею. И тут же выпустил его, будто ухватил ядовитую змею за хвост.
- Что? – напрягся я, увидев этот его жест.
- Не чувствую ничего. Ошейника не чувствую, - торопливо и нервно скороговоркой произнёс нетерис и вновь потянулся к своему «украшению». На этот раз он его не выпустил. Сначала поцарапал ногтем, потом засунул под него палец и оттянул от шеи.
- Ножом попробуй, - подсказал я, не спуская глаз с него.
Тот кивнул, наклонился, чтобы дотянуться до сапога, вытащил из голенища клинок и с опаской дрожащей рукой поднёс тот к шее. Несколько секунд он собирался с духом. Никто его не торопил, не советовал, не ободрял. Слишком долго он проносил страшную магическую вещь на себе, превращающая его в чужую вещь и комок боли, когда нарушал приказы. Наконец, он коснулся кончиком ножа кожаной полоски, которую оттягивал пальцами, надавил на неё и стал медленно водить острой кромкой. Толстая кожа сдалась спустя минуту. Как только ошейник распался, то его бывший носитель сорвал его с себя и отбросил в сторону, как омерзительную гадину.
И замер, прислушиваясь к своим ощущениям.
- Я больше не раб, - прошептал спустя некоторое время, потом посмотрел на меня и … упал на колени. – Командир… господин… я…
К нему с тихим всхлипом метнулась мать, которая опустилась на колени рядом с ним и обняла за шею.
