Он знал, что Анна его тоже не выносит. Они были совершенно разными людьми — из разных кругов и социальных групп. Анна — ученый с мировым именем и пустыми карманами, и Джон-Грей Саллер — богатый принц. Анна терпела Джона из-за его денег, Джон терпел Анну из-за её ума. Ещё была Ева, которая умело сглаживала отношения между своим мужем и своей сестрой.
— Сегодня я проснулся, — медленно сказал Грей, — и понял, что потерял жизнь. Я заставил себя приехать сюда, но, честно говоря, думать не могу о работе.
— Тогда поезжай домой, — ледяным голосом ответила Анна.
— Не могу. Там все напоминает о Еве и…
Он устало потер виски.
— Господи, как ужасно.
— Хватит, Джон, — резко произнесла Анна. — Я сыта по горло твоей скорбью. Возьми же себя в руки.
— Сухарь! — прошипел внезапно он, наливаясь яростью. — Ева для тебя ничего не значила! Ты ревновала её ко мне, к своей работе, к её успеху и к моим деньгам, которыми она могла свободно пользоваться!
Анна чуть слышно ахнула от злости, и мгновенно её лицо стало розовым, некрасивым, она скрипнула зубами и изо всех сил сжала пальцами стопку бумаг, безжалостно комкая их… Минуту она тяжело дышала, тигриными глазами обжигая Грея, а потом неожиданно сглотнула с усилием и тихо прошептала:
— Прости, Джон, прости меня! Я знаю, как тебе плохо! Прости.
Он тут же успокоился и уже более миролюбиво ответил:
— Мы все расстроены безвременной кончиной Евы, но надо оставаться людьми.
— Вот именно, — кивнула Анна и как-то странно блеснула глазами.
Джон-Грей подождал несколько секунд, давая Анне время успокоиться, а потом протянул руку к её бумагам:
— Ну, ладно, что там у тебя срочного?
— Три дня назад, перед… — она хотела сказать «перед кончиной», но осеклась, — перед отъездом, Ева подписала разрешение на начало новой серии опытов. Генный материал к тому времени был готов. Она его одобрила. Мы ждали только твоего согласия.
— Новый генный материал? — спросил Грей, рассматривая бумаги и с трудом разбирая ужасный почерк Анны. Неужели нельзя писать крупнее и аккуратнее?
— Новый, — подтвердила Анна.
— Почему? Кажется, у нас была вынесена на обсуждение ученого совета и одобрена структура генмата. В чем же дело?
Анна села в кресло напротив Саллера. Ему опять пришлось смотреть на дьявольски умное лицо и сожалеть, что он когда-то уступил просьбам жены и взял Анну в свою компанию.
— Джон, структуру никто не одобрил, — сказала Анна. — Первоначальной идеей было вырастить солдата, биологическую машину для военных. Первые же опыты показали, что у всех искусственно выращенных образцов уровень подсознательного страха превышает все мыслимые показатели. Страх блокирует способность обучаться. О том, чтобы такой продукт предлагать министерству обороны, не могло быть и речи. Инстинкты у образцов превалировали над внушаемыми знаниями. Ева сказала, что мы должны начать с того, чтобы вырастить существо, вообще способное взрослеть и обучаться.
Грей постучал пальцами по бумагам.
— И что же это за генный материал? — спросил он. — Чей он?
— Ну-у, — протянула Анна. — Мозаика. Как всегда.
Он повернулся вместе с креслом к огромному окну за спиной. С высоты пятнадцатого этажа открывался чудный вид на город — сплошь красные черепичные крыши, серебристые ленты дорог, голубые пятна бассейнов во дворах…
Ни о чем не могу думать, пожаловался он сам себе. Ну просто пустая голова… Ева, Ева… Как ты могла бросить меня одного в этом сером мире?
Анна кашлянула нетерпеливо.
Он резко повернулся к ней.
— Значит, так… — сказал он, сплетая пальцы на животе и откидываясь на спинку кресла. — Я решил. Генный материал в своей основе должен принадлежать Еве.
— Что? — словно нехотя переспросила Анна.
— Мы воссоздадим Еву, — сказал он, загораясь идеей. — Да, да… В память о Еве… Клон, способный совершенствовать себя. И будет он — Евой.
— Джо-он, — угрожающе протянула Анна, сверкнув глазами. — Ты понимаешь, что предлагаешь?
— Я не предлагаю, милая моя, — он оперся локтями о крышку полированного стола и приблизил лицо к Анне, которая внезапно побелела, как мел. — Я приказываю. Ты создашь мне Еву. Заново. Такую же.
— Джон! — закричала Анна, покрываясь красными пятнами. Она опять стала некрасивой и старой. — Это опыт, Джон. Это эксперимент. Мы клонируем человека не для прихоти богатенького мерзавца, а ради человечества!
— Богатенький мерзавец, — сказал Грей достаточно спокойно, — платит тебе зарплату. И довольно высокую зарплату. Тебе и всем твоим бездельникам, этим ученым. Пока ты работаешь здесь, будешь делать то, что я приказываю!
Он на миг испугался, что она бросит ему в лицо презрительное «фи», развернется и уйдет, оставив его с умирающей мечтой. Он уже подался вперед, ожидая этого, но Анна, вспыхнув после его слов, внезапно холодным и мерзким голосом ответила:
— Да, сэр. Конечно, сэр. Ваши деньги — ваши идеи, сэр. Ещё указания?
Он расслабленно упал на спинку кресла, с трудом сдерживая взволнованное дыхание.
— Средств не жалеть. Мне докладывать о результатах ежечасно.
