Но я не успеваю додумать эту мысль, потому что девушка вырывается вперед и кричит:
- Жизнь ищет пути и находит их. Иногда они странные, очень странные, но как иначе обмануть смерть? И все-таки мы с тобой дети жизни. Какие бы мы ни были, мы дети жизни!
Перед тем, как выйти из дома, я, как всегда, критически изучил себя в зеркале. Всё, вроде, было в порядке, процедура соблюдена, только вот физиономия меня не устраивала, но это привычно, потому я, опять же по процедуре, подмигнул себе ободряюще, надел маску и открыл внутреннюю дверь тамбура.
На улице было всё по-прежнему: вроде как наступила календарная весна, но в сгущающихся сумерках мела позёмка, завывал ветер цепляясь за всё подряд на своём пути. Я поскорее забрался в автомобиль, включил двигатель, снял маску и громко сказал навигатору: "Улица Олдрина, ресторан "Космодром". Пока машина меня везла, я откинул спинку кресла назад - смотрел через крышу на небо. Звёзд не было видно, только одна луна просвечивала через атмосферу. Я успел заметить огни нескольких бортов, двигавшихся в разных направлениях, а когда уже подъезжал к месту назначения, то увидел, что один из них готовится к посадке на нашу площадку. Судя по конфигурации огней, судно было частным. Помню, я тогда ещё подумал: "Кого это занесло в нашу глушь?".
"Космодром" - название ностальгическое, оно напоминает о тех временах, когда человек ещё летал в открытый космос и даже достигал других планет, мечтал о выходе за пределы Солнечной системы. Ресторан расположен в нашем городке недалеко от стартово-посадочной площадки, и потому его заввсегдатаи так или иначе причастны к ракетодрому и всему, что с ним связано, или были причастны, как я. Большей частью это местные жители, но бывают и транзитные посетители - команды бортов, отдыхающие перед обратным рейсом. Понятно, что все мы знаем друг друга, как минимум, в лицо.
В зале, как всегда, было накурено и шумно, но в этот раз большинство сидело поближе к гигантскому экрану, который показывал финальный матч чемпионата мира по футболу: США - Япония. Подавляющая часть зрителей болела за американцев, но были и такие, кто отдавал предпочтение японцам. Периодически вспыхивали беззлобные перепалки, которые никогда не перерастали во что-либо серьёзное: люди, причастные к ракетному транспорту, как правило, обладают уравновешенным характером.
Меня-то футбол интересует не очень, но всё же - финальный матч, потому я, сев за свой любимый столик под яблоней в кадке - он был свободен, так как стоял далеко от телевизора - тоже повернулся лицом к экрану. Те, кто заметил моё появление, приветствовали меня, и я отвечал им тем же. Я начал следить за игрой, но тут из кухни появилась с подносом Марта, и всё моё внимание обратилось на неё. Она будто почувствовала мой взгляд, посмотрела на меня, весело подмигнула и направилась к столику, куда несла заказ. Почти везде официантов заменили автоматы, но Карл не стал этого делать, в его заведении еду подают люди. Может поэтому в "Космодроме" посетителей всегда больше, чем в других ресторанах. Разгрузив поднос, Марта прямиком направилась ко мне:
- Привет, Петровски, всё молодеешь? - произнесла она привычную фразу.
- Видя тебя, - так же привычно ответил я ей.
- Что будешь заказывать? - спросила она, не доставая планшета из кармана передника.
- Эликсир молодости. - Наш диалог не отличался новизной и точностью определений.
- Стейк средней прожарки и колу? Петровски, меню надо разнообразить. Смотри, одна и та же еда изменит твою внешность и...
- Я этого и добиваюсь, - перебил я её. - Стану прекрасным как ты: рыжеволосым и белокожим. Знаешь, что, а давай-ка мне ещё и двойной виски с льдом.
- Ого, чего это ты вдруг? - Она наигранно удивилась.
- "В честь нашей встречи, мадам", - процитировал я неизвестного англоязычным писателя. - На мою пенсию я могу иногда пошиковать.
