Иногда мы легко можем определить «что двигается». К примеру, наши руки-ноги. Это несложно. А что такое движение? Как ЕГО определить – сказать не так просто. И даже невозможно. В применении к нам самим позволительно будет сказать: «движение – это жизнь».
Ну и что мы поняли?..
Поэтому не так важно сначала назвать, ЧТО на самом деле двигается. Мысли. Нейроны. Или код, создаваемый их электрической активностью.
А вот назвать в данном случае причину движения – несущую силу – мы можем. Это инфракрасные волны. И от этого уже плясать.
Вот об этом я написала статью на первом курсе.
Как написала, так и забыла. Потому что хорошо понимала, что наука ещё не достигла такого уровня, чтобы подтвердить или опровергнуть мою гипотезу. Нет у неё пока для этого ни суперсовременного микроскопического инструментария, ни соответствующих методов исследования.
Вспомнила я о своей статье через много лет, когда редактор журнала перестал принимать мои фантастические рассказы (о которых даже мой сын говорит: «Ой, только не эта твоя оголтелая политика…»). Да! Смесь оголтелой политики с такой же невообразимой (ей под стать) фантастикой – смесь гремучая! И вполне обоснованы опасения редактора, что читатель такое принимать не станет. Однако поживём – увидим. Наша реальность уже изменилась так, что в ней происходят совершенно невероятные, бессмысленные и невообразимые ещё вчера гибридные войны! Думаю, в будущем нас ожидает и не такое! Нас ждёт ещё более «оголтелая гибридная» действительность, а поэтому и сама литература не может не стать гибридной. И к подобному будущему стоит готовиться с помощью именно такой – «гибридной литературы».
Да только с редакторским «Don’t», как и с Трампом, в отличие от Байдена, не поспоришь. И мне следовало переключиться от неприемлемой пока гибридной литературы на что-то совсем другое, ведь голову, как известно, нельзя оставлять без работы – не работать она не может. Потому как иное – чревато… И я решила хотя бы набрать на клавиатуре свою давнюю студенческую статью и превратить её в эссе.
Статья не была издана в сборнике студенческих научных работ. К слову, была у меня и другая статья, опубликованная. Там я тупо, вручную считала погрешности и коэффициенты корреляции. Потому что в те далёкие времена о компьютере не мечтал никто, но мой папа-математик научил меня вычислять всё по формулам. К тому же, статистический материал был невелик. Тем не менее доходили слухи, будто на кафедре кто-то считал, «что это почти кандидатская». Тема тоже была интересная, хотя и в подмётки не годилась загадке природы памяти! Речь шла о выявлении так называемых сцеплённых генов у алкоголиков. В сущности, это была обработка статистического материала, собранного студентами. То бишь, можно ли найти генетически обусловленные признаки – вроде группы крови, размеров черепа, или показателей кислородного обмена –и как-то связать их с алкогольной зависимостью. Ха-ха-ха.
Но я отвлеклась. И хотя моя статья о памяти отнюдь не укладывалась в «кандидатскую», а просто прошла как доклад на заседании СНО психиатрии, там всё-таки были схемы и примитивные чертежи. Можно ли совместить такое с форматом эссе?
Да вот только как обойтись в тексте хотя бы без той же, необходимой для понимания, шкалы электромагнитных колебаний, где важна именно микроволновая часть спектра?
Или – как обойтись без примитивной картинки мозга, где друг против друга расположены два мозговых полушария, рабочее и исполнительное, в коре которых фиксируется информация, приходящая от органов чувств (и где два одинаковых полушария напоминают два свитка Торы и как бы между ними – полушариями – находится огибающий их гиппокамп, выглядящий, как отрезок пергамента с текстом между двумя свитками)? Ведь именно в гиппокамп, который связывает между собой оба полушария, приходит из кортикального наружного слоя полушарий уже зафиксированная там информация? Она приходит в виде электрической активности нейронов коры, и в гиппокампе из этих импульсов создаётся код, которым и модулируются проходящие через гиппокамп инфракрасные волны. Те самые тепловые колебания, несущие информацию во все структуры мозга, в том числе и обратно – в кору, уже для воспроизведения информации при воспоминании! Волны памяти, несущие её по извечному замкнутому кругу. Вечно и всегда, пока мы живы. Пока в нас генерируется тепло.
Такова схема существования нашей памяти в структурах мозга.
Но нельзя обойтись и без того, что навело меня на эту мысль – без схемы ртутной трубки задержки, использовавшейся в запоминающих устройствах ЭВМ самого первого поколения – схемы, которая как бы символически, по аналогии, поясняет механизм «волновой» памяти в структурах нашего мозга.
С этого я и начинала свою статью.
