Вставка в уже написанную статью. Вот эта последняя мысль – о важности изучения фактора запаздывания для понимания феномена мышления в живом мире (и её фиксация в виде последней фразы) – появилась у меня не в результате волевых усилий, упорных размышлений, их уже не было, статья уже была написана. Эта мысль появилась внезапно, когда я вышел из метро, шел домой и подумал – пора передавать статью в журнал. Соответствующие структуры мозга активизировались, сработала программа осознания того, что решалось в нейронном ансамбле, в котором сосредоточилась информация по этому вопросу и всё с ней связанное. В результате появилась эта мысль. Она была выработана этим ансамблем, работающей независимо от меня частью моего мозга, моего «Я». Приписать же себе как субъекту эту мысль я смог только после того, как произошло её осознание. Иначе говоря, это мысль моего мозга, а не мысль, появившаяся в результате моего волевого усилия, то есть как бы не моя мысль. Природа подарила мне право её присвоить как мысль «я», и я её присвоил, счёл её своей, и записал. Таким образом, всё произошло в соответствии с изложенной в статье логической схемой.
Хотел бы обратить внимание на то, что роль случайности в поведении живых существ, по-видимому, можно обнаружить и в последовательности инстинктивных действий, внешне достаточно строго детерминированных.
Рассматривая работу мозга человека, мы принимали, что случайность (а не разум) проявлялась при возбуждении нейронных ансамблей, в которых вырабатывался набор возможных ответов на внешнее воздействие. Совокупность этих случайных ответов служила материалом для работы мозга по оптимизации и выработке окончательного решения.
Можно полагать, что при действии нервной системы живых организмов, для которых главным проявлением целесообразности поведения является инстинкт, случай работал ранее, до формирования установившейся последовательности реакций особи на происходящее во внешней среде, и приводил к разным реакциям (случайным ответам) у разных особей. Отбор же лучшей реакции на происходящее, то есть оптимизация, происходили на базе множества особей с разными реакциями, иначе говоря, по механизму естественного отбора. Это было возможно и, по-видимому, эволюционно выгодно для организмов с очень большой численностью потомства в каждом цикле размножения, что характерно для насекомых.
Предвижу недоумение и даже активное неприятие предложенной идеи о не волевом, а вариабельном, в определённом смысле случайном механизме принятия решения нашим мозгом, нашим «Я». Получается, что не личность благодаря волевым усилиям творит добро, творит прекрасное, творит науку, а случайно возбуждаемые нейронные структуры. Получается, что не личность, а случай, независимо от субъекта, от его воли, которая в данном рассуждении отсутствует, ответственен за зло, несправедливости и преступления. И, следовательно, мы из-за непонимания механизма работы мозга, основанного на случайности, напрасно проявляем уважение, чествуем великих творцов и наоборот – презираем бездельников, наказываем преступников. Мы, такие сякие поборники истины и справедливости, должны понимать, что их решения, поступки, действия – результат случая, и личность, вроде бы, не причём. И, наконец, развитая выше схема, по сути, предполагает отрицание роли сознательного волевого поведения личности в обществе, если хотите, отрицание роли главной сущности нашего теоретического построения, то есть роли «Я»! И много, много ещё вопросов можно задавать. Ответ на эти множественные недоумения может состоять в следующем. Всё сказанное о свободе воли, а сказано было «Никакой свободы воли нет!», ни в коей мере не отрицает целесообразность и правильность понимания нашего поведения в жизни как постоянного волепроявления личности во взаимодействии с окружающим миром других людей и природы. Иначе говоря: «Свобода воли всё же есть!» Как же понимать это вроде бы явное противоречие? Изложенная схема под тезисом «Свободы воли нет» касается механизма работы нашего мозга. В его работе, действительно, никакой воли, тем более свободы воли нет. Личность же появляется лишь при осознании той или иной стадии работы мозга, и это уже другой этаж существования нашей живой системы, этаж психологического состояния человека. В нашем мозге (по А.Р. Лурии) выделяют первый функциональный блок, ответственный за активизацию разных структур мозга. Соответственно, можно говорить о действующей в мозге особой эволюционно возникшей системе, запускающей процессы возбуждения нейронов, образования нейронных связей, новых нейронных группировок, определяющих наше поведение. Осознание активизации этой системы равнозначно нашему волевому усилию, усилию «я». Подчёркиваю, волевое усилие не просто активизация этой системы, что было бы равносильно признанию существования в нас разумной сущности, активирующей эту систему, а именно осознание возникшей активизации.
