Это была удивительная поездка. Они целовались, смеялись, и снова целовались, пока за окнами неспешно проплывали улицы, освещённые жёлтым светом фонарей. Тепло его руки, сладость её губ, жаркие объятия и нежные касания — только любовь, ласка и трепет окутали карету изнутри, не давая никаким внешним невзгодам пронзить хрупкое счастье двоих влюблённых. Кучер остановил в квартале от Зимнего дворца, и Орлов долго ждал, пока откроется дверца, но никто не спешил выходить. Тогда он сам спешился и подошёл ближе, прислушиваясь, но из кареты не доносилось ни звука. Глубоко вздохнув, Дмитрий тихонько постучал, но и тогда не услышал ответа. И только теперь, обеспокоенный, он поспешно распахнул дверцу, чтобы увидеть, как Натали мирно спит на плече у цесаревича. Её волосы пребывали в лёгком беспорядке, шляпка лежала на сидении рядом, а рука покоилась в его руке. Александр, откинув голову на спинку, тоже крепко спал, не выпуская княжну из своих объятий. Орлов тихо кашлянул, привлекая внимание, и цесаревич моментально открыл глаза, слегка нахмурился, пытаясь понять, где он находится, и вопросительно посмотрел на адъютанта.
— Мы уже у дворца, ваше высочество, — тихо, словно боялся разбудить Натали, которой так или иначе пришлось бы проснуться, произнёс Дмитрий. Александр поцеловал княжну в макушку, тихо прошептав:
— Наташа.
И Дмитрий резко отвернулся, сторонясь этой интимности. Он чувствовал, каждой крохотной частицей тела чувствовал, как она шевельнулась; и, прикрыв глаза, мог увидеть, как она открыла глаза и мягко, сонно улыбнулась, спросила:
— Сон закончился?
— Ещё нет, — тихо ответил Александр, с сожалением отстраняясь и целуя её руку. — Я буду ждать тебя, — на выдохе прошептал он, и быстро покинул карету. Натали поёжилась — без него сразу стало холодно. Но Орлов тут же сел рядом, отчётливо ощущая, что занял чужое место. Княжна выпрямилась, потянулась за шляпкой, ловко приладила её на место.
— Вы выглядите прекрасно! — заметил граф в ответ на её не озвученный вопрос. Карета дрогнула и через несколько минут въехала во двор Зимнего дворца. Натали к тому времени успела привести себя в порядок, по крайней мере, так заверял граф Орлов, а княжна Репнина была склонна верить ему.
— Я не знаю, как благодарить вас, — в очередной раз сказала Натали, прежде чем расстаться с графом в фрейлинском коридоре. Час был поздний, и коридоры были пусты, но Орлов заверил княжну, что будет её ждать, чтобы проводить к цесаревичу.
— Ну, что вы, — принуждённо усмехнулся Дмитрий, в котором с каждым шагом разгорался такой огонь, погасить который он был не в силах. Мысли переставали ему принадлежать, и хотелось пустить коня вскачь, прочь из этого города, из этой страны, только бы не видеть этих глаз, которые пленяли сознание…
Он ждал её, предвкушая, что провожает к своим покоям, что она — его жена, что она горит и пылает любовью к нему, а не к… И тут мысли Дмитрия резко оборвались, он замер, глядя на Натали, остановившуюся у дверей в покои цесаревича.
Дмитрию стало страшно — он не имел власти над своими чувствами. А ведь они захватили за этот день, захлестнули, заставили мечтать о том, чего он не достоин… Он покосился на Натали, которая, в своём повседневном платье замерла у покоев наследника, и вдруг, услышав шаги фрейлин, сделал шаг вперёд, сокращая расстояние. Натали не успела опомниться или понять что к чему, как Дмитрий схватил её под локти и легонько встряхнул, заставляя посмотреть на себя.
— Там фрейлины! — шепнул он, прежде чем склониться к ней, делая вид, что шепчет что-то, явно не предназначенное для чужих ушей. Фрейлины императрицы и подруги Натали прошли мимо, послав несколько очень красноречивых взглядов, на кои та ответила спокойными взором. Но стоило им покинуть коридор, и двери в покои цесаревича распахнулись, приглашая. И Натали шагнула, оставляя Орлова со своими сомнениями.
Комментарий к Глава десятая
[1] Сак - верхняя женская одежда, аналог нашего пальто.
========== Глава одиннадцатая ==========
— Мне правда пора идти. — Натали с сожалением посмотрела на Александра. Но он лишь обнял крепче, нежно обвёл контур её лица, невесомо коснулся губ.
— Ненавижу это время, — прошептал он. — Время, когда приходится тебя отпускать.
— Но оно так или иначе наступает, — вздохнула Натали. — Иначе наша жизнь была бы похожа на непрекращающуюся сказку.
— В нашей сказке слишком много драконов, — улыбнулся Александр. — И они стерегут прекрасную принцессу, снова и снова забирая из рук принца.
— Мой принц прекрасен и всегда спасает меня из их лап.
— Если бы я мог, я заточил бы тебя в своём замке навсегда! — Цесаревич шутливо боднул её носом. — Моя принцесса, — проворковал он, приникая к её губам.
— Мне правда пора, — сказала спустя минуту Натали. — Вскоре все проснутся, и моё отсутствие будет заметно.
— Тогда иди, — вздохнул Александр. — Иди и непрестанно думай обо мне, как думаю о тебе я каждую свободную минуту.
— Мои мысли и так всегда посвящены лишь тебе. — Натали мягко освободилась из его объятий. — Потому что я люблю тебя.
