В моем посланье, полном преклоненья,Пишу тебе, о лорд моей любви,Не для того, чтоб выявить уменьеСловами мысли выразить свои.Письмо мое – любовное посланье.Живу в тоске, пишу издалека.Но я добьюсь монаршего признанья,Хотя меж нами пропасть велика.До той поры, пока моя планидаНежданно милосердие явит,И стать мою потрепаного видаОдеждой знатною вознаградит.И лишь когда на равных становлюсь,Признаюсь вслух, что я тебя люблю.<p>27</p><p>Устав с дороги, думаю о сне</p>Устав с дороги, думаю о сне.Вернуть бы силы и забыть тревоги.Но голова не даст покоя мне.С разбитым сердцем встану я в итоге.…Фантазии и чувства налегкеВ паломничество тронулись к любимой.Ведут они меня на поводкеК живой иконе, словно пилигрима.И снится мне, сказал я, наконец:«Я думал, что не вынесу разлуки…»Но гаснет лик… Куда же ты, беглец?И день, и ночь приносят только муки.Так, изнуренный, устаю тобою.Днем – бренным телом, ночью – головою.<p>28</p><p>И новый день продлит мои печали</p>О, как вернуться в прежние устои!Совсем недавно я счастливым был.Все тяжбы дня лечил ночной порою,А нынче я утратил этот тыл.Хоть день и ночь враждуют меж собою,Сдружились, чтобы изводить меня.День изнуряет службою пустою,– Любовь теряешь, – шепчет ночь без сна.И день, и ночь, коварные, ревнуют,Что я тебя использую как свет.– Ему заменой, – в оправданье лгу я, —Когда Светил на небе вовсе нет…И в новый день, как в омут, я ныряю.И шепчет ночь, что я тебя теряю…<p>29</p><p>Когда забыт Фортуной и людьми</p>Когда забыт Фортуной и людьми,Наедине я с безотзывным небом,Молюсь и плачу. Горести одниВ судьбе моей, бесславной и нелепой.Я не имею редкой красоты,Не одарен надеждою и верой,В искусстве не достиг я высоты,Таланта нет великого, наверно.И, обессилев от душевных мук,Я вызываю твой прекрасный образ.Судьбу свою уже я не клянуИ прочь гоню уныние и горесть.К чему мне почести, признание вельможей?Что может быть любви твоей дороже?<p>30</p><p>Зачем в бреду за бедами иду</p>О, суд безмолвных и заветных мыслей!Воспоминаний неизбывный прах.О людях, на которых я молился.И о своих пожизненных врагах.Оплакивал друзей своих умерших,И раны сердца зря я бередил.Любовью их уже не отогреться.Как жаль, что ничего я не забыл!…Зачем в бреду за бедами иду,Теченье лет бессильно созерцая?Мне память, вроде, недруг и недуг.И бреду нету ни конца, ни края.Призвав тебя, я успокоюсь вновь.Меня опять спасла твоя любовь.<p>31</p><p>Мне грудь твоя – элизиум сердец</p>
