Долина становится его тюрьмой на следующие три года, а его единственной отрадой на это время - письма Рейниры. Деймон продолжает учить ее, даже находясь за сотни лиг от Королевской Гавани: он пишет ей письма сначала на общем языке, а затем - на их собственном, причудливо мешая высокий валирийский с диалектами Миэрина, Пентоса и даже Астапора. Рейнира старательно переписывает его слова неровным детским почерком, составляя из них новые предложения, рассказывая любимому дяде о том, как ей в первый раз разрешили сесть на Сиракс, о том, что ее мать снова беременна, а спустя несколько месяцев - о том, что ей даже не позволили увидеть брата перед тем, как кто-то из драконов сжег его тельце в своем пламени. Деймон хранит эти письма в своих покоях и пересматривает по ночам, водя пальцами по буквам, ходящим ходуном по пергаменту.
Брату он тоже пишет, но вороны с ответами, видимо, теряются по дороге. Зато леди Алисанна не скупится на подробности того, как, по ее мнению, он запустил хозяйство на Драконьем Камне. Она переселяется в родовой замок сразу после свадьбы, закончившейся тем, что Деймон выгнал провожатых из спальни и улегся спать, даже не взглянув в сторону растерянной жены. Наверное, женщины по обе стороны Узкого моря очень удивились бы, узнай они, как ловко Деймон Таргариен способен избегать супружеского долга, несмотря на откровенное недовольство лордов Долины.
Леди Алисанна умирает через год после его свадьбы, и тогда же он снова видит Рейниру. На ее сморщенном личике борются друг с другом горе по любимой бабушке и радость от встречи с дядей, и Деймон решает ее проблему очень просто: подхватывает ее на руки, позволяя обнять себя за шею и выплакаться в плечо. Он целует ее волосы и мокрые щеки, а когда Рейнира успокаивается, до самого вечера рассказывает ей истории о леди Алисанне, пока она не засыпает в его объятиях. Эймма, в очередной раз беременная, раздраженно отмахивается от них, и Деймон сам относит принцессу в ее покои, стараясь запомнить ее вес, и запах, и вкус слез. Он покидает Драконий Камень не дожидаясь утра.
-
В следующий раз он встречается с Рейнирой, когда прилетает в Королевскую Гавань на ее семилетие.
Столица радостно гудит, словно пчелиный улей, и воняет, словно выгребная яма, щедро удобренная серебряными оленями и повозками с вином, чтобы любой желающий мог выпить за здоровье принцессы, Отрады королевства. Деймон ныряет в улицы города с жадным нетерпением узника, вырвавшегося из ненавистной тюрьмы, и его люди лишь вздыхают, послушно таща следом тяжелые сундуки с подарками для Рейниры. Деймон должен ей за те дни рождения, что успел пропустить, пусть и не по своей воле, и - на всякий случай - за те, что еще пропустит.
Он ждет объятий, и поцелуев, и радостного визга, но Рейниры нет в зале, полном гостей и музыки. Нет ее и в ее покоях, где Деймон приказывает оставить сундуки с шелками и драгоценными камнями. Он приветствует брата и его жену, которых, кажется, больше интересуют переговоры с лордами, привезшими ко двору юных сыновей и дочерей, чтобы они составили компанию Рейнире, привыкшей, за неимением братьев и сестер, к обществу взрослых. Визерис обещает поговорить с Деймоном после праздника, и лицо Отто Хайтауэра, стоящего за спиной короля, выражает такое недовольство, что настроение Деймона мгновенно улучшается.
Он бродит по коридорам и внутренним дворикам, уворачиваясь от мальчишек с эмблемами великих домов на груди, играющих в рыцарей и благородных разбойников, и стаек девочек в коротких платьицах, шепчущихся и хихикающих, пока они решают, кто следующий будет изображать принцессу в беде. Настоящая же принцесса обнаруживается в богороще, среди мощных корней чардрева, уткнувшаяся в книгу и не замечающая ничего вокруг.
Почему ты прячешься от гостей? - спрашивает Деймон на общем языке.
Рейнира вздрагивает от испуга и резко захлопывает книгу. В первые мгновения она смотрит на него, как на чужого, но потом в ее покрасневших от недосыпа глазах мелькает узнавание.
Kepus, - на ее губах нет улыбки, но в голосе - тщательно выверенная приветливость. Выдрессированная, думает Деймон и жалеет, что упустил так много времени. - Я думала, ты не придешь.
Это не упрек, но Деймону все равно становится не по себе. Рейнира не делает ни единого движения, чтобы встать и подойти к нему, поэтому он подходит сам и устраивается рядом с ней на широком белом корне, выступающем из-под земли.
Я пришел. И потратил почти полчаса на твои поиски.
Рейнира опускает глаза и обводит пальцами богато украшенную обложку книги, что лежит у нее на коленях. “Об утраченных секретах валирийской стали” мейстера Деклана, читает Деймон и удивленно поднимает брови.
Ты променяла собственный праздник на скучную книгу о валирийских мечах?
Это не мой праздник, - насупливается Рейнира. - Никто даже не заметил, что я ушла.
Через ровные интонации принцессы пробивается детская обида, и Деймон улыбается уголком рта.