— Это на меня шакалы напали, — ответила я. — Ардис их убил.
— Надо пожать его лапу, — хмыкнул Догода. — Или шею.
— А потом? Когда узнал, что я с драконом?
— Когда он копался в твоих воспоминаниях. Всё бросил и рванул.
— Понятно, — я протянула руку к его члену и начала его ласкать. — Секса хочу.
— Я уже догадался, — его губы расплылись в улыбке. — Пользуйся на своё усмотрение.
— Ген, ты любишь меня? — сладко протянула я.
— Сильно, — ответил он подглядывая за мной через пушистые ресницы.
— А как сильно? — я надавливала на член, доставляя ему удовольствие.
— Для тебя я могу совершить подвиг, такой, на который ни один дракон не способен, — таинственно ответил он.
— И что за подвиг? — я целовала его грудь, спустилась ниже с поцелуями к животу.
— Ты должна доверять мне, Ясенька. Доверяй мне, я очень сильно люблю тебя.
— Я постараюсь, — вдохнула запах его красивой «блядской» дорожки, что тянулась от пупка в пах. Обожала этот запах лета и скошенной травы. Языком прошлась по стволу, надавливая пальчиками на венки. Всосала головку, запустив член неглубоко в рот, за щёку всунула. Раз разрешил делать, что хочу, я и делала.
— Флейта, — стонала я, насаживаясь на него сверху. — Ты покажешь мне флейту.
— Ясенька, я тебе всё покажу… Двадцать лет, — шипел он, в ладони пряча мои груди.
— Сейчас, — рявкнула я и свалилась с него.
— Я – тряпка с этой девкой, — заныл волк, пошарив
правой рукой в своей сумке, что валялась рядом, извлёк на свет серебряную флейту. Точнее, она была наумковая, но это мало кто знал.
Догода поднялся на ноги. Завернул юбку на бёдрах. Отошёл на шаг от меня и вставил одну часть музыкального инструмента в другую.
А я сидела на покрывале, сложила колени вместе и падала в какою-то фантастическую истому, глядя на свою вещь.
— И что ты будешь делать? — Он протянул мне флейту, а в глазах какая-то невероятная тоска.
Я сосредоточилась. Мысли он читать не мог, но мог догадаться, о чём думаю. А я думала об Ардисе. Это неправильно. И не потому, что только другой кончил в меня, а потому что такими мыслями я подставляла себя и дракона. Поэтому думала о кролике, что учил меня играть на флейте и улыбнулась.
Догода резко спрятал флейту обратно в сумочку на поясе, как-то лихо её разобрал за мгновение. Юбку поправил.
В дом тут же ввалился какой-то волк.
Я покрывалом прикрылась.
— Геннадий Гурьянович! Три дракона над городом!
***
А мы на машине. Не потому что Гена все силы растратил, он их где-то брал, подпитывался энергией Леса, хитро так это делал, что его даже в сон не клонило, а я совсем из сил выбилась с жёстким сексом и вечной нервотрёпкой. Да. Не сидится Альфе на месте.
За рулём сидел волк, что принёс весть. Для волков отвратительная, для меня потрясающая.
Ардис за мной прилетел.
Только была неприятность. Город, в который меня везли, был научным центром Леса. Гена не перенёсся в пространстве, потому что в городе безмагическое пространство.
Колдовство не запрещено — оно там не работает.
И внутри города оборотни принимают исключительно человеческий облик. И всё это создано оборотнем Кириллом Квассурой, и в честь его умного волка город и назван.
Над Квассурой в километр тоже колдовство не действовало. И попав в поле действия странных изобретений, один из драконов обернулся человеком и рухнул на улицы города, разбился насмерть.
Дорога вела прямо в город. Шороха пришельцы навели. Подожгли несколько деревень в округе, а к мегаполису приблизиться не могли. Там высокие башенки все в огнях, ракетные установки и огнестрельное оружие разрешено. Волки не древние, все молодые, и, вообще, город молодой и спокойный.
А как будешь выпендриваться, когда человек? Законы соблюдать начнёшь, боясь наказания.
В темноте горели фонари, вывески и мелькали лучи прожекторов по тёмному небу. Но никаких ящеров и близко не видела.
Я зевала и заваливалась на Догоду. Он обнял меня. Сумка, в которой была флейта, прямо у моих рук. Я не посмела прикоснуться. И хотя Догоду интересовало, что происходит в городе, я знала, что он и за мной умудрялся следить.
Мы проехали небольшую арку, на которой зелёным светом горело название города, и очутились на оживлённом проспекте. При этом, как в людских городах, машине Догоды уступали место.
Кроме обычных зданий, как в человеческом мире, появлялись то там, то здесь древние постройки, обжитые и украшенные гирляндами. По тротуарам бегали люди, на светящихся витринах магазинов было много товаров.
Очень давно я не была в этом месте, поэтому оторвалась от Догоды, держала руку на его сумке и глазела по сторонам. Мода у оборотней тоже как у людей. Вообще с первого взгляда не скажешь, где очутилась.
Для большего эффекта моего ошеломлённого вида я приоткрыла рот, сбивала мысли, как только могла.
Какова вероятность, что я смогу у Догоды украсть свою флейту?
Шансы велики, потому что воровать меня учила сама заячья царица, та самая, которая похожа на цыганку. Тут главное — внимание отвлекать и руками работать, при этом не создавать лишнего шума. Раз у Геннадия Гурьяновича колдовских способностей не осталось, то ему будет сложно что-либо распознать в момент воровства.
