— Эта? — Дракон с отвращением рассмотрел женщину. — Моя первая жена. Но ты не беспокойся, я уже две тысячи лет брезгую этой… В общем-то, у неё высокий статус, она на Изничке глава национального собрания, дама Вара.
И ушёл. Сквозь двери в какой-то очередной зал, в конце которого открыл ещё одну дверь, и там тоже был зал. Он уходил от меня, как по зеркальному тоннелю, что образовывается, когда два зеркала подставить друг к другу.
— У меня для тебя, Ясенька, подарок, — оскалилась старая проститутка змейка Вара, которая любит оргии.
— Ясения Пассрионовна, — надменно отозвалась я.
— Пойдём со мной, Ясения Пассарионовна.
Я выбралась из кровати, завернулась в белое покрывало, как Ардис, гордо закинула на плечо часть ткани и подошла к Варе. Она пригласила меня жестом за собой. Я последовала, ощущая, какой приятный пол в зале. Хоть из камня, а тёплый.
Вот она, Изничка, необыкновенная и таинственная.
***
Из моей спальни мы вышли в похожий зал, где молочные стены, скульптуры грозных мускулистых воинов с трезубцами и копьями в руках. Но прямо не пошли, а завернули направо и остановились у небольшой, по сравнению с двустворчатыми воротами между залами, дверьми.
Вара оскалилась в улыбке и открыла дверь. За ней стояло два десятка девиц моего возраста. Все, как по приказу, встали на колени. Все платья полупрозрачные, отчего были видны голые тела. Волосы убраны, на шеях ошейники. Бледные и смуглые, блондинки и брюнетки не поднимали глаз.
— Кто это? — выдохнула я.
— Это твои рабыни, Ясения Пассарионовна, — обрадовалась Вара и даже хлопнула в ладоши.
Я закрыла дверь и строго посмотрела на неё.
— Зачем так много?
— Разве это много? — нахмурилась Вара, и её накрашенное лицо неожиданно покрылось складками. Если Ардис как-то умудрялся держать личину, у Вары это получалось с трудом. На висках и скулах на мгновение проявилась зелёная чешуя, что жутко контрастировало с фиолетовыми губами.
— И чем мы их кормить будем? Давай их на ткацкую фабрику, пользы больше.
— А кто тебя будет купать и причёсывать, развлекать и ублажать?
— Последнее что значит?
— То и значит, не думай, что тебе светит здесь спать с волком! — она неожиданно окрысилась. Потом испугалась своих эмоций и резко взяла себя в руки. Натянуто улыбнулась. — Это приказ Великого дракона.
Я смотрела на неё, прищурив глаза, и не понимала, почему она так отреагировала на мои вопросы. И где я на Изничке волка найду, чтобы меня ублажал? Пришла к выводу, что старуха совсем не сдержанная. Не думала, что она ревновала Ардиса, но однозначно испытывала ко мне отвращение.
— Отвали, — кинула я ей и пригрозила флейтой, на которую змея отреагировала как на огонь у лица, — не мешай мне ублажаться с моими рабынями.
Я вошла в комнату к своим…
Прикольно!
Закрыла перед носом Вары дверь.
Девчонки так и стояли на коленях. За ними я увидела великолепную купальню из камня, сундуки, полные золота, вонючую курильницу, из которой валил противный приторный дымок. Подушки шелковые лежали на полу и небольшой столик заставлен фруктами.
— Так, — вздохнула я, — готовим мне ванну, танцуем и веселимся. И расчёску мне найдите.
Девчонки, как тараканы, кинулись в разные стороны от меня, выполняли приказ. Даже жалко их стало. Вот меня бы в рабство запихали, я бы золото своровала и свалила. Думаю, вышла из меня строптивая рабыня, и долго я бы не протянула.
Из серебристого крана в купальню лилась чистая вода с голубым оттенком. Тёплая, хотя на самом кране не было регулятора температуры. Девушки накидали в воду лепестки цветов, добавили каких-то ароматов.
Одна уселась рядом на полу с настоящей кифарой и начала дёргать по струнам. Неплохо. Две другие стали кружиться в лёгком нежном танце. Забавные такие. На телах ни одного волоса, стройные. Правда, и грудей полных не было, плоские какие-то все. Ничего не говорили, мне тоже нечего было им сказать.
Без комментариев.
Салон красоты на дому в стиле Изнички. Пока я балдела в воде, меня расчёсывали. Когда вышла, пригласили возлежать на клинэ с зелёными подушками у изголовья. Подушки оказались тоже немягкими, а с зерном внутри. Нежные женские пальцы натирали меня благовоньями. Наводили мне помпезный причесон на метр вверх. Вообще, возбуждало. Теперь я понимала, почему в античности все были такими развратниками. Когда такая куча молодых рабынь тебя нежно трогает, не останешься равнодушной.
Потом был показ мод. Рабыни не примеряли одеяния, проносили красоту перед моими глазами. Я выбрала золотое платье в пол, к нему ещё и плащ белый подобрали с вышивкой. Серьги я запретила снимать с моих ушей, потому что эти вытянутые украшения принадлежали моей маме. Но меня всю обвесили, как новогоднюю ёлку, и водрузили корону с острыми шипами, подперев со всех сторон причёску.
А вот с обувью на Изничке не задалось. Кожаные ремни я надевать отказалась, вступила в тканевые тапочки.
И я вся такая красивая, благоухающая предстала перед Ардисом, который без стука ввалился в мою обитель в обществе мужчин.
