Так как Лихо сильно спешил, мы Ирдиса за волосы взяли и потащили ближе к холмам, оставляя за собой уничтоженное поселение нагов. И так будет со всеми, кто попадётся нам на пути.
***
— Сутки будем идти на холм, — пререживал Нил Ильич, он шёл впереди. Хотел волком обернуться, его Лихо лютовал и рвался в бой.
— Сейчас полетим. — Я рассматривала свою флейту.
— Можно в пространстве прыгнуть, — размышлял Гоша.
— Ардис сразу объявится, или Догода, — я рассмеялась, — а я не накрашена.
Васька с Елькой за моей спиной рассмеялись.
— Нил Ильич, бушевать не вздумай, там целый отряд, — предупредила я.
— Давай предложим им обмен, — глянул янтарным взглядом на меня хитрый волк. — Скажем, что меняем Ка на Любу.
— Они не согласятся, — усмехнулась я и коварно улыбнулась. — Трахать Ка неприятно.
Подняла голову, чтобы посмотреть на Лихо. Он был суров, хмур, но мелькнула ухмылка.
— Хорошая месть, я оценил.
И показал мне свою озлобленную морду.
Что-то приуныли его сын и внук.
— За женщиной следить надо, — поучительно заявила я, нисколько не стесняясь его волчьего оскала. — Взял на войну — не отпускай от себя. Ты виноват.
— Я слишком во многом виноват, — окрысился Нил.
— Попроси Догоду тебя памяти лишить, — предложила я и заиграла на флейте. Так задорно и весело, что в такт притоптывала ногой.
Нил прикрыл глаза, дышал полной грудью. Из смуглой спины выбились два чёрных, как ночь, крыла.
Хлопали одно за другим крылья, словно поднялись паруса. Разноцветные. Черные только у Дрёмы и Нила, у Ивана серые, у Ельки серебряные, а у Васеньки золотые. Мальчишки закричали от восторга. Полетать хоть раз в жизни — это мечта.
Унылый Ка стоял, печально опустив свои зелёные крыла.
Я же всех уделала по красоте. Мои радужные крылышки застрекотали и подняли меня над землёй. Заложила флейту за пояс. Лук и колчан перекинула через плечо, чтобы лететь не мешали.
— У нас пятнадцать минут. Быстрее!
Нам нужно было подняться вверх.
Низко летели, но быстро, потому что за пятнадцать минут мало куда успеешь. Над холмами поднялись.
Небо светлело. Тучи расходились, пропуская яркое солнце на зелёную траву, извилистые дорожки и редкие плодовые деревца. Мир такой красивый и безмятежный. На вершине холма показались развалины древнего города. Проваленные крыши, остатки стен и ограда, разрушенная в нескольких местах. Камень при строительстве использовали белый, но половина развалин имела мрачные оттенки. Город спалил Ардис. Именно здесь когда-то жила Любовь Ивановна со своим хладнокровным мужем.
Кто-то метнул в меня копьё из руин. Я в бок подалась, крылья сложила и камнем упала в сторону, где прятался обидчик. Крылья растворились, я мягко приземлилась на зелёную сочную траву, что захватывала старую дорогу, когда-то вымощенную, но нынче разбитую. Вытащила лук и натянула тетиву, высматривая нагов.
Их можно было не искать, потому что ими кишели все развалины. Я опустила лук.
Мы сбились в кучу. Мои спутники встали за моей спиной. В самое логово попали. Хитрить не получится, будет бой.
— С тобой великий Ка Ирдис? — шипел голос откуда-то справа.
— Да, — ответила я. — Покажись, разговор есть.
Он проявился. Есть такой дар у оборотней — пропадать в солнечных лучах или во тьме. Свет и Тень. Этот колдун — Свет.
В наге было около двух с половиной метров роста. Верх бледный, человеческий, с крепкими руками, сильным корпусом. Волосы ниже пояса сине-зелёные. Лицо безбородое, в морщинах и огромные салатовые глаза с вертикальным зрачком. Хвост метров двенадцать, покрыт чернильной чешуёй. На конце трещётка. Гремучий змей, значит, ядовитый. Погремки издавали неприятный шум, чем предупреждали нас об опасности. Кроме этого наг был колдуном, а колдовство со звуком имело невероятный эффект. Мне ли, флейтистке, не знать.
Было бы не очень весело умереть от клыков какого-то змея. Дивия внутри напряглась. Это опасный противник.
Дрёма вытолкнул вперёд Ка Ирдиса. Уже без крыльев и оков.
— Здравствуй, Ка, — прошипел большой, пугающий моих спутников змей.
— Здравствуй, Гарсиус Ирдис, — хмуро ответил чёрный дракон и покосился на меня.
— Что-то имя длинное, — тут же отозвалась я, немного ошарашенно глядя на очередного сына Ардиса. Мы на него случайно нарвались… Вообще не по плану встреча с колдунами такого уровня.
Некрасиво получилось. Ну, ладно. Не оставлять же несчастно Нила Ильича без жены. А то, что Любовь Ивановна может не пойдёт по своей воле к волку обратно, вполне было возможно.
— У тебя женщина из Теплокровных, — сказала я. — Она нам нужна.
— Мне тоже. — Змей продолжал греметь своей погремушкой.
— Вася, Елька за мою спину, — скомандовала я. И самые юные из нашего отряда моментально встали рядом, потому что нас окружали. Я приложила флейту к губам. — Я по-хорошему прошу.
— Я знаю эту флейту, — улыбнулся змей. — Я родился уродом, калекой. Но на невольничьем рынке играла на этой флейте юная и красивая волчица. Она излечила меня. Я женился на ней. Ничего прекрасней в жизни не видел.
— Блядь, — рыкнул Лихо.
Не знала, кого он так охарактеризовал: жену или ситуацию.
