Так как солнце ещё не поднялось высоко, и пока было не очень жарко, я решила пройтись по полю. Успев отойти от сада совсем немного, услышала сзади топот копыт, я поспешно сошла с тропинки, пропуская неизвестно всадника.
И в этот момент услышала, как меня сзади окликнули.
— Ядвига!
Я остановилась и обернулась. Около меня, взметая облако пыли, резко остановилась лошадь и спрыгнувший с неё молодой светловолосый мужчина, с широкой улыбкой шагнул ко мне.
— Ядвига! Ты уже на ногах! Как ты себя чувствуешь?
Открытое лицо парня, выражало искреннюю заинтересованность и заботу. Теперь, при свете дня, я смогла лучше рассмотреть жениха Ядвиги. Да, симпатичный, и даже очень! Не умудрись я, буквально вчера, встретить мужчину своей мечты, то, … как знать, как знать…
— Ядвига, с тобой всё хорошо!? – парень нахмурился, в его глазах я увидела не шуточное беспокойство.
И только сейчас до меня дошло, что я уже минуту стою столбом, молча его рассматривая.
— Аааа, да, всё хорошо! – поспешила я отмереть, — Вильям, кажется, да? Просто, я пыталась вспомнить вас. Тебя. Извини, но пока, ни как. – Изобразив печальную моську, захлопала ресничками.
Вильям, грустно опустил голову. Некоторое время, мы шли молча. Идущий в поводу конь, мерно отсчитывал копытами ритм, какой-то знакомой песенки. Я тоже опустила голову и смотрела себе под ноги. Мои новенькие, светло бежевые черевички, успели покрыться тонким слоем пыли.
Ко всему ранее сказанному, мне не чего было добавить. Но, молчание становилось гнетущим и, нужно было срочно придумать какую, ни будь нейтральную тему, отвлечь парня от грустных мыслей.
— Вильям!
Парень в надежде вскинул голову, посмотрев на меня своими невозможными фиалковыми глазами.
Я смутилась. Мне очень было его жаль, было видно, что он искренне любит Ядвигу и очень переживает у неё «потерю памяти». Наверное, это ужасно узнать, что любимый человек тебя забыл, и ты для него стал чужим!?
— Ты, что-то хотела сказать!? – напомнил о себе парень.
Я смутилась.
— Да вот, хотела спросить, а чьё это платье? Красивое! – похвалила я, разглаживая пальцами складки на юбке.
Парень на секунду остановился, будто споткнувшись. И, глубоко вздохнув, глухо проговорил:
— Это твоё платье. Я его тебе подарил на твой день рождения.
Я удивлённо вскинула на него глаза.
Правильно расценив мой взгляд, он добавил:
— Пятого мая у тебя день рождения. Ты его берегла, хотела пойти в нём со мной на праздник «Цветов». Он будет через два дня, в субботу. Но, теперь ты, наверное… — парень замялся.
— Пойду! Конечно, пойду! – горячо уверила я его. И добавила: — Обязательно пойдём с тобой на праздник! Только…
Вильям напрягся и сжал губы.
Мне стало стыдно. Парень и так в шоке от происходящего, а я ещё ему условия ставлю, совсем до нервного срыва могу довести! Я улыбнулась.
— Только вот это платье, я, получается, одену уже не первый раз!
Парень покраснел, потом побледнел и, заикаясь, поспешно сказал:
— Не волнуйся!
Я тебе к празднику куплю новое! У тебя будет самое лучшее новое платье.
Да что же это такое!? Я даже пошутить не могу по нормальному! Моя шутка прозвучала так, как будто я какая-то корыстная дрянь и требую у него себе новые обновки!
— Что ты, что ты, — поспешила я исправить положение. Я совсем не намекаю на новое платье! Я просто пошутила! Оно замечательное! Я с удовольствием его одену не раз и не два! Тем более, ты же знаешь, что я не избалована нарядами. Сам видел, в каком рубище я хожу в замке, — добавила я тише. И тут мне стало стыдно чисто по-девчоночьи, представив, каким ужасным пугалом он меня видел.
За что же он тогда полюбил Ядвигу!? Неужели за её богатый внутренний мир и за ангельский характер? Я уже другими глазами посмотрела на парня.
Вильям улыбнулся доброй, искренней улыбкой и сказал:
— Я тебя будет много разных красивых платьев! Как только мы поженимся! — И смущенно добавил. — Гарния я не позволяет прислуге как-то выделяться, поэтому вы обязаны ходить в одной униформе. Ты же знаешь.
Да. Наверное. Не помню, — рассеянно ответила я.
И, опять пожелав сменить тему, бросив на Вильяма взгляд, спросила:
— Вильям скажи, а куда это ты направляешься?
— Да я к нашим соседям. Барыня купила себе новых скакунов, так нужно их посмотреть и договориться, по каким дням я буду их объезжать, — пояснил он.
— Объезжать? — Воскликнула я. — А это не опасно?
Вильям рассмеялся и, посмотрев на меня, сказал:
— Для меня нет. Да я, можно сказать, вырос в седле!
— Правда? А я вот никогда не каталась на лошади. Хотя, мне очень они нравятся, красивые! — И я осторожно погладила его коня по морде.
Лицо Вильяма стало серьёзным, и как мне показалось, удивлённым.
— Ты же всегда боялась лошадей!?
— Да? – растерянно пробормотала я, — Ну, значит, я забыла об этом! – Попыталась я выкрутиться. Видимо, получилось вполне себе правдоподобно. Всё же, удобная вещь, — амнезия. Можно многое на неё списать. Тут я поняла, что слишком ушла в свои мысли. Вильям что-то мне говорил:
— А хочешь, я покатаю тебя? — спросил он и улыбнулся. — Поехали со мной к графине!
— А можно?
— Конечно! — Улыбнулся парень. — Там же Глаша, — твоя лучшая подруга.