— Больна я, — тихо ответила мне кормилица. – Помру скоро. – Подняла она на меня свое изможденное лицо, с черными тенями под глазами и впалыми щеками. Я ахнула. Только сейчас, немного успокоившись, я разглядела, что передо мной уже не та, пышущая здоровьем, полногрудая и розовощекая женщина. А тем временем, из глаз кормилицы, по впалым щекам, покатились крупные слезы.
— Я до последнего заботилась о них, стараясь отдать им как можно больше тепла и любви! – Всхлипывала женщина. – Но все, мое время пришло! Я чувствую. Поэтому, прошу, не брось моих девочек! Возьми малышек в замок в услужение! Работы в здесь много, а девочки очень исполнительны и уже кое-что умеют делать по хозяйству!
Ну, и что мне оставалось!? Я еще раз бросила на кормилицу оценивающий взгляд, и, вздохнув, ответила: — Оставляй!
Через несколько дней я узнала, что женщина умерла. Да, она как чувствовала, успела малышек пристроить.
Так, обе девочки стали жить в замке. Я поселила их в крыле для прислуги, и первое время поручала несложную работу. Графу же я сказала, что взяла из деревни двух сироток в помощь, чтобы чуть позже, заменить ими старых служанок.
Первое время, все было хорошо. Девочки вели себя тихо, и проблем не с ними не было. Но потом, законнорожденная дочь графа, Аврора, памятуя ее высокомерный взбалмошный характер, решила изобразить из себя хозяйку замка! Она находила детей прислуги, где бы те не прятались и всячески ими командовала. Заставляла веселить ее и выполнять различные мелкие поручения, зачастую глупые и унизительные. Те злились, тихо ненавидели маленькую хозяйку, но возразить не смели.
Однажды я увидела, с каким подозрением и ревностью, Аврора рассматривает Ядвигу, особенно ее волосы. И, очень испугалась! Я позвала девчонку и приказала ей идти, делать какую-то работу.
Тем же вечером, я зазвала ее в свою комнату и запугала рассказом, что Аврора не любит красивых, а особенно, похожих на нее детей. Девочка, дотронулась до своих волос, и грустно посмотрев на меня, спросила, нужно ли ей их отрезать? Я ответила, что нет, но прятать их придется.
С тех пор, Ядвига ходила в косынке, и, едва заслышав голос Авроры, пряталась. Когда маленькая хозяйка созывала ребят для очередной муштры, Ядвига сломя голову неслась ко мне за «очень важной и срочной» работой, таким образом, не мозоля глаза маленькой хозяйке.
Сначала, все было хорошо, но потом, дети заметили, что пока Аврора измывается над ними, Ядвига спокойно выполняет какую-то работу, счастливо избегая моральных издевательств высокородной юной мучительницы. Дети озлобились на мою сводную сестру и стали ее всячески шпынять, отыгрываясь за собственные мучения.
Поэтому, мы договорились с Ядвигой, что если рядом будет кто-то из детей или слуг, я буду громко ее отчитывать. А иногда и синяк поставлю, который она, конечно, должна всем показывать. Чтобы наши спектакли выглядели более правдоподобно, мне пришлось ее отселить от других детей. Комнату я ей выделила очень уютную, с мягкой постелью и большим окном. Мебели в ней было не много, но зато, все самое добротное и необходимое.
***
Я оторвалась от чтения книги, и обалдело, уставилась перед собой. – Чтобы выглядело правдоподобно? Уютную комнату с большим окном? С мягкой постелью? — Память тут же услужливо подсунула мне воспоминание о маленьком темном чулане без окон, жесткой кровати с набитым соломой матрасом и тонким дырявым одеялом. Потом, мелькнула мысль, что написанное в этой книге, никак не может быть обманом, так как является самой памятью женщины. Чтобы поскорее развеять противоречия, я снова углубилась в чтение:
— Конечно же, я понимала, что в комнату Ядвиги, может зайти кто-то из прислуги, и, увидев особые условия, появятся ненужные вопросы. Знала, что не пройдет и одного дня, как о новости будет знать вся челядь замка. Поэтому, решилась на одну хитрость!
Рядом с комнатой моей сестры, находился чулан для старых вещей и уборки. Я привела из деревни, немого мужика, местного плотника. Он проделал в стене между комнатой и чуланом, дверь. Которая со стороны самого чулана, почти не была заметна. А при отсутствии в нем окна, не зная о двери, найти ее, было невозможно! В нее было вбито несколько гвоздей, на которых, висела старая одежда. Но, под висящим на двери, платьем, была приделана ручка. Так что Ядвига заходила и выходила, только в свой чулан, а уж из него, в свою, потайную уютную комнату, о которой, не знал никто!
Я каждое утро поднималась, чтобы разбудить Ядвигу на работу. Эта засоня, спала так крепко, что никогда не слышала крика петуха. Обычно, перед тем, как выйти из комнаты, она переодевалась в свое старое рабочее платье. Выйдя в чулан, она плотно закрывала дверь в спальню, и тогда мы устраивали небольшую пьеску с руганью в ее адрес. А потом, тихо хихикали.
Да, я изображала, что сильно недолюбливаю Ядвигу, в свое время мне пришлось это придумать потому, что когда я прятала сестру от пристального внимания Авроры, вся челядь решила, что я сделала девочку своей любимицей и всячески ее шпыняла и подначивала. Людская зависть, мне ли того не понимать!