| But at this question, Queequeg, who had twice or thrice before taken part in similar ceremonies, looked no ways abashed; but taking the offered pen, copied upon the paper, in the proper place, an exact counterpart of a queer round figure which was tattooed upon his arm; so that through Captain Peleg's obstinate mistake touching his appellative, it stood something like this:- Quohog. his X mark. | При этом вопросе Квикег, которому и прежде уже приходилось раза два-три принимать участие в подобных процедурах, видимо, ничуть не растерялся, но, взяв протянутое перо, изобразил на бумаге точную копию некоего загадочного округлого знака, вытатуированного у него на руке; так что благодаря упорству Фалека касательно Квикегова прозвища все это получило определенный вид. |
| Meanwhile Captain Bildad sat earnestly and steadfastly eyeing Queequeg, and at last rising solemnly and fumbling in the huge pockets of his broad-skirted drab coat, took out a bundle of tracts, and selecting one entitled "The Latter Day Coming; or No Time to Lose," placed it in Queequeg's hands, and then grasping them and the book with both his, looked earnestly into his eyes, and said, | Тем временем капитан Вилдад сидел, не спуская глаз с Квикега, а затем торжественно поднялся и, порывшись в огромных карманах своего широкополого коричневого сюртука, извлек оттуда целую пачку брошюр; выбрав одну из них, озаглавленную "Последний день наступает, или Не теряйте времени", вложил ее в руки Квикегу, а потом схватил их вместе с книгой обеими своими руками, пристально посмотрел ему в глаза и проговорил: |
| "Son of darkness, I must do my duty by thee; I am part owner of this ship, and feel concerned for the souls of all its crew; if thou still clingest to thy Pagan ways, which I sadly fear, I beseech thee, remain not for aye a Belial bondsman. | - Сын тьмы, я обязан выполнить мой долг по отношению к тебе. Это судно отчасти принадлежит мне, и я не могу не заботиться об его экипаже. Ежели ты все еще придерживаешься своих языческих обычаев - а я очень опасаюсь, что это так, - то заклинаю тебя, не оставайся вечно рабом Вила. |
| Spurn the idol Bell, and the hideous dragon; turn from the wrath to come; mind thine eye, I say; oh! goodness gracious! steer clear of the fiery pit!" | Отринь идола Вила и мерзкого змия, беги грядущего гнева. Гляди в оба, говорю тебе. О, во имя милосердного бога! Правь прочь от огненной бездны! |
| Something of the salt sea yet lingered in old Bildad's language, heterogeneously mixed with Scriptural and domestic phrases. | В речи старого Вилдада еще сохранились отзвуки моряцкой жизни, причудливо перемешанные с библейскими и местными выражениями. |
| "Avast there, avast there, Bildad, avast now spoiling our harpooneer," Peleg. | - Ступай, ступай, Вилдад, нечего тебе портить нашего гарпунщика, - вмешался Фалек. |
| "Pious harpooneers never make good voyagers-it takes the shark out of 'em; no harpooneer is worth a straw who aint pretty sharkish. | - Набожные гарпунщики никуда не годятся. У них от этого пропадает вся хватка. А что проку в гарпунщике, если у него нет хватки? |
| There was young Nat Swaine, once the bravest boat-header out of all Nantucket and the Vineyard; he joined the meeting, and never came to good. | Помнишь, какой был гарпунщик молодой Нат Свейн? На всем Нантакете и Вайньярде не было храбрее. Но он стал посещать моления, и дело кончилось худо. |
| He got so frightened about his plaguy soul, that he shrinked and sheered away from whales, for fear of after-claps, in case he got stove and went to Davy Jones." | Он до того боялся за свою ничтожную душу, что начал обходить и сторониться китов из опасения, как бы они не задели хвостом его вельбот и не пришлось бы ему отправиться к черту в пекло. |
