Pray, what is a Lakeman, and where is Buffalo?' said Don Sebastian, rising in his swinging mat of grass.
Ради бога, с каких это озер?
"On the eastern shore of our Lake Erie, Don; but-I crave your courtesy-may be, you shall soon hear further of all that.
И что такое это Буффало? - сказал дон Себастьян, приподнимаясь в своем гамаке. -Город на восточном берегу нашего озера Эри, дон... Но взываю к вашей любезности. Сейчас для вас все разъяснится.
Now, gentlemen, in square-sail brigs and three-masted ships, well-nigh as large and stout as any that ever sailed out of your old Callao to far Manilla; this Lakeman, in the land-locked heart of our America, had yet been nurtured by all those agrarian freebooting impressions popularly connected with the open ocean.
Так вот, джентльмены, эти парни с озер, плавающие на бригах и трехмачтовых шхунах, не уступающих размерами тем большим и прочным судам, что отправляются из вашего старого Кальяо к далекой Маниле, в самом сердце нашей замкнутой, сухопутной Америки получили то необузданное флибустьерское воспитание, которое обычно приписывают воздействию открытого океана.
For in their interflowing aggregate, those grand fresh-water seas of ours,-Erie, and Ontario, and Huron, and Superior, and Michigan,-possess an ocean-like expansiveness, with many of the ocean's noblest traits; with many of its rimmed varieties of races and of climes.
Ибо в своем взаимосвязанном единстве наши огромные пресные моря - Эри, Онтарио, Гурон, Великое и Мичиган, - окруженные разнообразнейшими племенами и народами, обладают океанскими просторами и многими другими благороднейшими океанскими качествами.
