Я вспомнила его слова о том, что женщины от него бегут. И вот теперь сама поступила так же.
Все кончено, я тоже не прошла тест.
Я рыдала часа два, но потом обессилела и заснула.
В понедельник утром мне никак не удавалось найти причину для оптимизма.
Боль стояла прямо в пищеводе, как плохо прожеванный желток, и никак не уменьшалась. Я не чувствовала себя живой. Этой боли не было бы, если бы я не потеряла бдительность и не открылась, как боксер перед более опытным соперником. Вернулась тоска по Аркадию Павловичу. Мысль о Петрове казалась то привлекательной, то, через минуту, отвратительной.
Тут я вспомнила, что от всех болезней нас лечит работа, и посмотрела на часы. Они показывали шесть тридцать. Чтобы проехать в Московский район более или менее быстро, я должна была выехать в ту самую минуту, когда посмотрела на часы. Я позвонила Вере, чтобы она меня не ждала, но оказалось, что Вера приболела и намерена остаться дома.
Выглядела я чудовищно. Но меня это не парило. Я достала из невыкинутого, по счастью, мешка первое, что попалось, ужасно мятое, с трудом уговорила себя почистить зубы. Злорадно подумала, что машина у меня тоже грязная. И точно, на водительской дверке шаловливой детской рукой было написано: «Эта грязь – лечебная».
Я злилась на себя. Ему нельзя доверять, это было ясно, ясно… Как распоследняя глупая мышь, я влетела в мышеловку, в которой лежал сладко пахнущий кусочек сыра… При этом я до последнего момента понимала, что он обращается с женщинами как с подопытными мышами. Ну не с мышами, ну как с горностаями, но все равно подопытными. Нельзя было открываться, нельзя. Как можно второй раз наступить на одни и те же грабли?
Слезы текли по лицу, щипали кожу.
Я переехала Троицкий мост и чуть не въехала в задницу тащившейся впереди мусоровозки.
Рабочий приклеивал последний фрагмент на биллборд у Марсова поля. Это была реклама Глебова бутика. Я, собственной персоной, весело смеялась с куском пиццы в руках.
Пока я доехала до места, плакат попался мне на глаза еще трижды.
Понятно. За участие в рекламе он заплатил мне шмотками, как не слишком хорошей модели. Так оно и есть, модель из меня как из говна пуля. Я-то думала, нам обоим было хорошо в тот вечер, а он, выходит, просто работал.
Я пыталась понять причину своей боли. Ведь еще позавчера я была морально готова к любому варианту развития событий. А теперь слезы текли и текли, и унять их не было никакой возможности.
Вера тоже выглядела не очень счастливой.
Оказалось, что, едва вернувшись, ее благоверный решил побродить еще, теперь поближе к дому, благо погода пока позволяла. Так что подзарядить, по ее выражению, батарейки ей пока не удалось.
– Я подумала тут… Помнишь, ты спрашивала, люблю ли я его?
– Помню.
– Ну, я включила свой душемер. Мерила-мерила… Жалею, да. Привязана к нему, да. Люблю – да, в каком-то смысле люблю. Но не в таком, как ты спрашивала. Зря ты начала тот разговор. Раньше я не думала об этом никогда.
– У меня есть идея.
– Какая идея?
– Как подзарядить батарейки. У тебя с лишним весом как?
– Как-как – борюсь. Знаешь этот анекдот. Женщину спрашивают: «Какое у вас хобби?» Она отвечает: «Сжигание жира».
– Это не анекдот, это кино такое, «Тариф на лунный свет» называется, дурацкое, но местами остроумное и трогательное.
– Дай посмотреть.
– Дам. И как успехи в сжигании жира?
– Кое-как.
– В клуб ходишь?
– Хожу. Нашла отличного врача-физиолога, работает при клубе. Питание, физические упражнения, инфракрасная кабина, обертывания. Представляешь, захожу к ней в первый раз, это с моими-то габаритами, а она меня спрашивает: «Вы похудеть хотите или поправиться?» Я ей: «А вы как думаете?» А она: «Зря вы, всякое бывает».
– И какой тебе прописан режим питания?
– Ну, обычный режим: белки, углеводы – отдельно, калории – считать, но есть одно «но». Раз в неделю можно все.
– Давай этот день будет сегодня.
– И как ты это себе представляешь?
– Я работаю на одного повара, мастера по десертам, итальянца. Он готовит такие десерты, каких ни ты, ни я никогда в жизни не пробовали. Ну, ты-то, конечно, пробовала что-то в этом роде, но в таком исполнении точно никогда. Давай к нему сходим, подзарядим батарейки. Все-таки без пяти минут обладатель звезды Мишлена.
