Эти две позиции по отношению к смерти суть два хорошо известных противоположных типа поведения, и большинство признает близость себе либо одного, либо другого. Пуэбло оформили в общественный институт один из них, индейцы Великих равнин – второй. Разумеется, это не означает, что на западных равнинах все члены семьи, понесшей утрату, испытывают тяжкое и неудержимое горе, или что после того, как индейцу пуэбло сказали забыть о покойном, он испытывает лишь неудобство, которое выражает в ломании щетки для волос. Правда в том, что в одной культуре для него подготовлена одна уже направленная в нужное русло эмоция, а в другой – другая. Большинство людей выбирают то русло, что уже подготовлено для них культурой. Если они выбирают его, им предоставляются подходящие средства выражения чувств. Если нет – у них появляются проблемы, свойственные всякому отклоняющемуся от нормы человеку.
Есть еще одно связанное со смертью явление, которому в этих культурах отведены подробные ритуальные практики – убийство одного человека другим. У зуни с убийцей обращаются так же, как с лишившимся жены мужем, только уединяется он в обрядовой киве, оставаясь под наблюдением жрецов, а избавление от тяготящих его неприятных ощущений производится более тщательно. Оно состоит в том, что его принимают в общество воинов. Как и вдовец, в уединении он сидит неподвижно, не вольный ни с кем заговорить, принимает вызывающие рвоту вещества и воздерживается от пищи. Это уединение является его посвящением в общество воинов. Любой посвящаемый в любое общество подвергается подобным запретам, и у зуни ограничения, налагаемые на человека, отнявшего чью-то жизнь, представляют собой обряд посвящения посредством уединения. Освобождение от ограничений – это его вступление в новые общественные обязанности в качестве члена общества воинов. Военные предводители служат на протяжении всей жизни, и не только на войне, но и, в особенности, в качестве защитников и представителей во время проведения обрядов и светских празднеств. Они суть рука закона, которая действует, когда необходимо принять какие-либо официальные решения. Они ответственны за дом скальпов, в котором хранятся все скальпы, и они особенно хороши в вызывании дождя.
На протяжении длительного и детального обрядового танца войны скальп служит символом убитого человека. Целью обряда является не только посвящение нового члена общества воинов, но и превращение скальпа в один из сверхъестественных предметов зуни, который способен вызывать дождь. Ему необходимо отдать почести в танце и принять в народ пуэбло путем проведения традиционных обрядов. Обряды, связанные с любого рода принятием или женитьбой, всегда включают в себя омовение головы новоприбывшего человека старшей женщиной в семье его отца. Схожим образом скальп омывают родственницы убийцы, и так же, как принимают новопосвященного в семьи его невесты, скальп принимают в племя. Молитвы, произносимые во время танца со скальпом, очень четко сформулированы. Они описывают превращение врага, не имеющего никакой ценности, в священный фетиш народа, а также выражают радость, с которой люди получают новое благословение.
Так, скальп становится магическим предметом, которому можно молиться, а убийца на всю жизнь становится членом важного общества воинов.
