Скиба утвердительно кивнул головой, одобряя идею. Филонову было всё равно, что громить, он за любой кипишь, кроме голодовки. Считал, что Влад ещё хладнокровно держится. Если бы его жену подвергли подобному, он бы камня на камне не оставил и удушил любого, кто посмел встать на пути. Но именно такая холодность больше всего и настораживала, привлекала к себе внимание, заставляла считаться.
— Хорошо, — хлопнул в ладоши Варланов. — Одобряю. Руслан — на тебе торговый дом. Смотри, без фанатизма. Всего лишь создашь видимость. У каждого из нас там свои интересы. — Об интересе Влада Роман Викторович был в курсе и прекрасно знал, что прежде чем предложить, он тысячу раз подумал, поэтому согласился без раздумий. И сам так мыслил. Много в чем были похожи. Ему всегда импонировали идеи, решимость и цели этого парня. Всегда. А ещё ему нравилось отсутствие эмоций в тёмных глазах Шамрова. В них было только глубокое осознание собственных действий и собранность.
Филонов кивнул и скрылся за дверью. Влад облегченно, незаметно выдохнул. Только сейчас понял, что практически не дышал. Снова посмотрел на часы и проверил телефон. Пришлось перейти на второй номер, о котором знали избранные. Догадывался, что Настя уже успела позвонить ему раз сто. Не стоило сейчас поддаваться на её уговоры. Не стоило вообще думать о ней. Однако мысли не всегда слушаются наших команд. Если бы всё было так просто: сказал «не думай» и проблеме конец. Это не возможно. Как и не возможно приказать себе прекратить любить или ненавидеть.
После Варланова, Влад отправился к себе в «Орион».
— Как всё прошло? — поинтересовался Скотник, сразу поднявшись с кресла, как только Шамров вошел в кабинет.
— Будут прессовать «Скифию».
Миша тут же воспрял духом. На лице возникла стойкая сосредоточенность:
— Значит, в скором времени змея зашевелиться. Даю полдня, а то и пару часов, как Руставский будет у нас.
Влад присел на диван. Ещё и не обед, а усталость такая, что нет сил даже открыть глаза. Этой ночью не спал. Кофе не брало. Сколько уже можно пить? Поскорее бы Филонов приступил к плану. Поднялся, нервно зашагав по комнате. Подошел к окну, прижавшись лбом к прохладному стеклу. Прикрыл глаза. Спа-а-ать. Ему срочно нужен отдых.
Если бы не поездка к Приходу, который снова начал баламутить воду и проверка склада Сокура — уснул бы на месте. Даже занятия в тренажерке не принесли должного облегчения.
— Как там Настя? Вчера не хотел лезть с расспросами. — Миша возобновил бег на беговой дорожке.
— А как она может быть? — Влад прекратил выполнять армейский жим и отложил штангу в сторону. — С утра собралась на работу.
Миша хохотнул, вытерев пот со лба:
— Неисправима. А ведь обещала быть пай-девочкой. Я ещё тогда ей не поверил. С такими как она тяжело: не сломить, не перекроить под себя.
— Когда это она бросалась такими обещаниями? — удивился, не представляя Настю послушной. Скорее небо упадет на землю, чем она станет кроткой.
Скотник отмахнулся рукой:
— А, было дело. Не важно. Ты мне лучше скажи, с кем её оставил?
— С Максом и его людьми. — Влад потянулся к телефону как раз в тот момент, когда позвонил вышеупомянутый. — Алло… — присел на лавку, обмахиваясь полотенцем. Легкая улыбка коснулась губ. — А вы что?.. Гм… Ага… Правильно… Не трогайте. Перебеситься. Макс, ухо востро. Ты меня понял?.. Давай, на созвоне, если что. — Отключился. Рассмеявшись, прикрыл лицо руками.
Скотник недоуменно уставился на друга, ожидая, пока тот прекратит хохотать.
— Может, и мне скажешь, что бы я поржал, а то, знаешь ли, в последнее время не до смеха?
Влад сделал глубокий вдох, прекращая смеяться, и вытер уголки глаз:
— Да Настя вызвала ментов, заявив, что её преследует банда во главе с Максом и неким Бородачом.
— Это она о Косте, что ли?
— Угу. Те едва отделались. Пришлось звать подмогу. Мироненко сказал, что проще особо опасных преступников содержать под стражей, нежели одну бабу.
Мишка, представил сию картину тоже посмеялся. Особенно повеселил «Бородач». Человек, между прочим, заслуженный мастер спорта по самбо и никогда не имел дел с правоохранительными органами.
— А не слишком ли … э-э, это жестоко? Мироненко, Макс и ещё двое обормотов. Не каждая девушка такое выдержит.
Шамров вмиг изменился на лице. На лбу залегла морщина, столь ранняя для его возраста, а глаза приобрели хищный прищур:
— Них**. Я не готов к повторению вчерашнего. Пускай злиться. Потом ещё спасибо скажет.
— Что-то мне слабо вериться: твоя Настя и спасибо — понятия несовместимые.
А Владу было пофиг, если уж на то пошло. Главное, что он может спокойно идти к цели и не разрываться на части от тревоги о ней. Пускай всё только закончиться.
И закончилось…
Пока был в «АмирСтрой» и уточнял сроки сдачи объекта в эксплуатацию, с таким трудом вышедшего на финишную прямую после прессовки Сибиряка, позвонил Гончаров. Внутри всё натянулось. Каждая мышца, каждый нерв. Знал, что Лёшка попусту тревожить не станет.
— Влад! — позвал Скотник друга. Ему не понравилась его реакция после телефонного разговора. — Это Лёха? Что говорит?
