Он тихо засмеялся, но замолчал, вместо этого поцеловал каждый ее пальчик руки.
— Прости меня.
Лена молча склонилась к нему, прижимаясь губами к его губам, пробуя их на вкус, ощущая их мягкость. Ей всегда нравилось с ним целоваться, казалось, что нет ничего слаще, изысканнее и именно его поцелуи всегда приводили ее в восторг, даже через столько лет.
— Лена… — Антон почти резко отодвинул ее от себя, а в глазах уже плескалось желание, — Если ты не остановишься, то доктора сюда прорвутся только ближе к завтрашнему утру.
— Я тогда, пожалуй, пойду, — снова улыбнулась она, — Дабы не искушать.
— Будь осторожна, любимая.
— Я приеду к тебе через два дня.
Антон кивнул, она взяла сумочку и, накинув шубку, вышла из палаты. Она не шла, буквально плыла по коридору, а счастливая улыбка не сходила с ее лица. Почему-то она была уверена, что все теперь будет хорошо, Антон обязательно пойдет на поправку.
В приподнятом настроении она вышла из больницы, окинула взглядом двор и с удивлением обнаружила, что машины Викинга нет. Может, отъехал по делам? Она порылась в сумочке, достала телефон и набрала номер Викинга.
Викинг почти не спал. Уйдя в свою комнату, как только приехал, он рухнул прямо в одежде на диван и отключился всего на сорок минут. Резко проснулся, не было еще и восьми часов, и снова перед его глазами возникла Лена, растрепанная, с припухшими от поцелуев губами… Черт, да, что ж на ней свет клином что ли сошелся! Есть бабы и покрасивее и свободные. Надо действительно найти кого-нибудь, а то с этой работой он уже не помнит, когда в последний раз был с женщиной. И, может быть, тогда боль притупится и придет осознание, что это не любовь, а всего лишь желание и благодарность за спасенную жизнь. Но если в первое хоть как-то верилось, то во второй пункт он не верил вовсе. У него сегодня выходной и его нужно потратить с умом, например, избавится от гнетущего возбуждения в паху, которое преследовало его уже на протяжении нескольких недель. От дальнейших мыслей его прервала трель мобильного телефона. Он нехотя залез в карман джинс, достав телефон, приложил его к уху, даже не потрудившись посмотреть, кто его беспокоит в такой ранний час.
— Да? — недовольно бросил он в трубку.
Лена начала уже замерзать, стоя возле больничного крыльца, но услышав голос Вика, подумала, что сейчас он приедет и она, наконец-то, согреется в машине.
— Доброе утро! Вик, а куда ты делся?
Он молчал, и она тяжело вздохнула, понимая, что вид ее с мужем он просто не перенес.
— Слава, — осторожно начала она, — Я….
Визг тормозов, который он услышал даже через трубку, заставил его насторожится и даже забыть об обиде на нее.
— Что у тебя там происходит? — обеспокоенно задал он вопрос. Послышались чьи-то голоса в трубке, и Викинг похолодел от нехорошего предчувствия.
Последнее, что он услышал от нее, было хриплое:
— Вик, это Шрам! Слава, помо…
Связь прервалась. Он вскочил, как ошпаренный, с дивана, снова набрал ее номер, но металлический голос известил его о том, что абонент отключен.
Из своей комнаты он вылетел и чуть не сшиб Митяя с Оксаной на выходе из особняка.
— Твою же мать, Викинг! — прогорланил Митяй, но осекся, увидев, наконец, почти безумное выражение на лице телохранителя, к тому же белее, чем снег во дворе.
— Что произошло? — этот вопрос задала Вику Оксана, так же заметив его состояние.
Викинг резко тормознулся, до него начало доходить, что он просто не знает куда ехать и где ее искать. То, что возле больницы ее уже нет — понятно и полному идиоту. Где искать этого Шрама, что он из себя представляет, в какую группировку входит? Кто заказал? Слова Антона о том, что его жену заказали сейчас врезались в память Вика, как острые ножи.
— Что происходит в этом чертовом доме? — грозный рык Митяя он услышал словно через вату.
— Он ее украл, я не знаю где ее искать! — словно раненый взвыл Вик, — Я виноват! Я! Не засунул свою гребаную гордость, подставил ее!
— Кто кого украл, поясни членораздельно? — начал злится Митяй, но за Викинга ответила Оксана, сразу сообразив, о чем речь:
— Лену кто-то похитил.
Гробовая тишина длилась не долго.
— Я позвоню Валюшке, скажу, что наш приезд отменяется, — сказал Митяй побледневшей Оксане и тут же, повернувшись к Вику, задал всего лишь один вопрос:
— Азид?
Викинг отрицательно мотнул головой.
Разбив ее телефон об асфальт, Шрам с едкой улыбочкой посмотрел на нее.
— Я же говорил, что мы еще встретимся.
Она даже закричать не успела, он впихнул ее в зеленую девятку и в следующую минуту машина резко сорвалась с места.
