И потом, если бы ее хотели убить, скорее всего она лежала бы сейчас на холодной каталке, укрытая серой простыней по самую макушку, а не разъезжала бы в инвалидном кресле под управлением потенциального убийцы.
– Я думала он вас послал. – От неожиданности Инга не успела ничего продумать и выдала чистую правду.
Коляска остановилась. Мужчина обошел ее по дуге и присел возле Инги на корточки.
Инга постаралась натянуть и без того длинную юбку ниже, хотя, ее чести вряд ли что-то угрожало.
– Никогда не смей ставить меня с ним в один ряд. Поняла?
Она не понимала, но кивнула. Лучше согласиться. Пусть он успокоится и, наконец, отвяжется от нее.
Понимание, что перед ней совершенно посторонний мужчина, в корне меняло ситуацию. Странно, но даже связывая его с Иваном Дмитриевичем Рудым, Инга ощущала себя куда спокойнее. Она по крайней мере могла предполагать, что ей ждать. Теперь же в голове маячила полная неразбериха.
– Будет еще одна просьба. Обещай не пугаться и не дергаться. Хорошо?
– Как я могу обещать, не зная, что вы потребуете? Может велите мне спрыгнуть с моста в реку.
– Откуда в твоей симпатичной головке столько мусора? – Мужчина поднялся на ноги, посмотрел на Ингу сверху вниз. – Ничего ужасного не попрошу. Но и ты, будь так любезна, отнесись к просьбе с пониманием и не задавай лишних вопросов.
– Я постараюсь, – искренне пообещала Инга. – Говорите.
– Можно я возьму тебя за руку?
– Что? – Она ожидала чего угодно, да даже осуществления своего же предположения про мост и реку, но никак не этого. – Зачем вам это?
– А я ведь попросил. Просто дай мне свою руку. Обещаю, что не стану ее ломать.
– Очень смешно. – Инга с опаской протянула ему ладонь.
Аккуратно, словно боясь обжечься, мужчина сначала коснулся ее кожи самыми кончиками пальцев, потом более уверенно обхватил их, слегка сжимая, не до боли, но довольно крепко.
– Ничего не понимаю, – пробормотал он, возвращаясь на исходную позицию, чтобы толкнуть коляску вперед.
– В каком смысле? – Ингу распирало любопытство, которое никто не спешил удовлетворять.
– Нужно возвращаться, мы явно заехали в тупик.
Стоя у двери своей квартиры, Инга долго не могла усмирить колотящееся сердце. Слишком много эмоций для одного дня. Оказывается, до сих пор у нее была прекрасная спокойная жизнь, а она-то дуреха еще сетовала на рутину. Теперь бы многое отдала за возвращение той самой рутины, лишь бы забыть все происходящее, как страшный сон.
Когда ей выдали снимок, сообщив, что никакого перелома нет и просто придется провести пару дней дома, не давая нагрузки на ногу, она успокоилась и спешно начала прощаться с мужчиной.
– Я подвезу вас до дома, – настойчиво и безапелляционно заявил он.
Инга ожидала, что ее снова понесут на руках. Хотела и боялась таких своих желаний. Ее же просто взяли под руку и помогли дойти до машины, где даже дверь перед Ингой не открыли. Желание развернуться и отправиться к автобусной остановке, она в себе подавила лишь потому, что вряд ли смогла бы дойти без посторонней помощи. Пришлось усаживаться самостоятельно, под аккомпанемент телефонного разговора, водитель даже не смотрел на свою пассажирку, обсуждая с кем-то поставки бруса.
Папа Карло недоделанный!
Стоило Инге разместиться на сидении, как машина сорвалась с места, а водитель даже не удосужился убрать трубку от уха. Инга снова разозлилась. Сразу стало понятно, как его красный монстр оказалась на тротуаре.
Она не позволила ему подъехать к подъезду, не хватало еще чтобы пошли разговоры, попросила остановить метрах в двадцати от дома.
– Смотри, я ведь могу и галантным быть, если потребуется, – заглушив двигатель и развернувшись к ней, сказал вдруг мужчина. – Меня, кстати, Тимур зовут. А то мы так и не познакомились.
– Ответила бы, что мне приятно, но не привыкла обманывать людей. – Инга вздернула нос. Ей хотелось думать, что в его глазах она выглядит взрослой и убедительной, но судя по ухмылке на небритом лице, фокус не удался.
И зачем вообще ей казаться для него кем-то, кем она не является? Уже не потому ли, что мужчина едва ли не вдвое старше нее и Инга вполне могла быть ровесницей его собственной дочери или хотя бы младшей сестры. А значит и воспринимать ее он станет соответствующе.
Удивительные вещи творились в ее голове. Для чего, спрашивается ей вообще думать, как она выглядит со стороны для совершенно постороннего мужчины? Неприятного ей и даже отталкивающего.
Потянувшись, чтобы открыть дверь машины, Инга ощутила, как ее плечо сжали его пальцы. Совсем не сильно, но настойчиво. Резко обернулась и увидела, что он протягивает ей несколько крупных купюр.
– Что это? – Инга смотрела не на купюры, а в глаза мужчины и снова видела перед собой беспринципного хозяина жизни, привыкшего решать любые вопросы на языке денег. – Вы пытаетесь меня купить?
