Жаль до кровати не дошел. Ну да и ладно, и так сойдет. А теперь нужно сделать самое главное.
Вновь глянул на высокомерно задравшую подбородок нэйару. Говорит, умеет лечить. Ну что ж, проверим:
— Крови не боишься?
Идиот! Дахха линялый! Высокородный, а мозг гусиный!
Я ворвалась на кухню и осмотрелась. Вот и где мне найти нож? Нужны были еще бинты, целебная мазь и горячая вода. Но этого добра в моей комнате пока хватало. Лекарь перед уходом кое-что оставил, если мне помогло, то и Риану пойдет на пользу.
Нож нашелся в ящичке для кухонной утвари. Лезвие было длинным, тонким и, что немаловажно, острым.
Прихватив из очага чайник с горячей водой, я бросилась обратно к лестнице, надо было сосредоточиться на помощи Риану, но вместо этого мысли возвращались к тому, что произошло в коридоре. Близость мужского тела, горячее дыхание возле уха, в котором угадывался аромат какой-то настойки, на мгновение ввергли меня в состояние паники. Я даже забыла о ранении нэйара и думала лишь о том, как вырваться из чересчур крепких объятий.
Вот же дура! Он едва на ногах стоял, а я сочла, что мужчина хотел меня облапать. Вот и чем я лучше этих озабоченных уток? Я лишь мельком увидела выражение лица Ельги, но оно точно было обиженным. Гадкая служанка не понимала, как же это хозяин опустился до связи с такой тощей птичкой, как я.
Когда я вошла в комнату, Риан лежал на полу и не подавал признаков жизни. Благо нэйары обладают очень чутким слухом, и я без труда уловила ровное биение его сердца, поэтому без лишней паники занялась приготовлениями. Риан сказал, что в его ране застряла какая-то дрянь, и ее следовало вытащить.
Дахха упрямый! Если бы он хотя бы на пару минут снял шехан, я бы смогла не только очистить рану, но и залечить ее магией. Нет же, разлегся тут, словно помирать собрался. Загорелое лицо Риана выглядело бледным, на лбу блестели бисеринки пота. Ещё и рана на плече открылась, напитывая рубашку кровью, а ведь мне придется разбередить ее еще сильнее.
Я крепко зажмурилась, подавляя острый приступ жалости.
Сам виноват! Надо было снять с меня шехан! И все бы прошло быстро и безболезненно. Но если ему так хочется помучиться, то кто я такая, чтобы мешать?
Интересно, он вообще в сознании? Или успел отключиться, пока я бегала на кухню? Лучше бы второе. Всяко лучше доставать осколок, когда раненый без сознания. Хоть дергаться не будет.
Увы, но моим чаяниям не суждено было сбыться. Стоило присесть рядом и коснуться руки Риана, как он мгновенно распахнул глаза.
— Все принесла? — И найдя взглядом нож в моей руке, скомандовал: — Давай уже, доставай.
Риан сел ровнее и чуть подался вперед, чтобы мне было удобнее. Правда вот прежде чем доставать осколок, надо было снять наплечник, ремни которого стянули грудь, и освободить место ранения от ткани.
— Не церемонься, режь уже, — хмыкнул нэйар, видя, как я путаюсь в завязках туники.
Уж что-что а снимать одежду с мужчин мне прежде как-то не доводилось. Так что я воспользовалась советом Риана и, плюнув на неподдающуюся шнуровку, распорола ткань туники ножом. Аккуратно освободило место ранения. Выглядело плечо не очень. Кровь сочилась не переставая. А стоило надавить на ранку, как нэйар стиснул зубы и зажмурился от боли.
— Я могу убрать боль, — предприняла последнюю попытку отделаться от шехана.
Но хозяин поместья все так же упрямо мотнул головой.
— Не надо. Потерплю. Расширь рану ножом и вытащи осколок.
— Если бы еще у меня был пинцет...
— У тебя пальчики тонкие, и так справишься. — Нейар сгреб с пола наплечник. Зажал в зубах ремешок, давая понять, что готов к экзекуции.
Ну что ж. Выбора у меня, похоже, нет. Я удобнее перехватила нож. Руки слегка подрагивали, однако это не помешало мне сделать ровный надрез.
Меня, как и всех высокородных в Верхнем пределе, с детства учили лекарскому делу. Это было одной из основных дисциплин, наряду с географией, историей и боевой магией. Причем лечить учили не только чарами, но и обычными методами. Ведь если ты серьезно ранен, то магия может стать недоступна или дать сбой. Поэтому я была ничуть не удивлена, что Риан не мог помочь себе самостоятельно.
Удивляло другое. Риан был высокородным, и если осколок не убил его сразу, то со временем организм нэйара должен был сам извергнуть его. Однако судя по тому, как глубоко находился кусочек темного металла, ничего подобного не случилось. Осколок словно зубами впился в плоть и не желал покидать плечо раненого. Мне пришлось изрядно повозиться, прежде чем удалось выудить его наружу.
Все это время Риан сидел напряженный, словно пружина. Челюсти его было сжаты до предела, кулаки стиснуты до побелевших костяшек, а со лба ручьем лился пот.
Надо отдать ему должное. За все время высокородный не издал ни звука. И лишь, когда металлический осколок со звоном упал в миску, позволил себе расслабиться. Разжал челюсти, и ремешок с металлическими заклепками упал на пол, а следом за ним и сам Риан с тихим стоном завалился на бок.
— Нужно обработать рану. — начала я и осеклась. Похлопала Риана по щекам. Кажется, он отключился, не выдержав боли.
