Смотрю на кольцо и понимаю, что в реале оно выглядит далеко не так, как на картинке, смотрится как будто бижутерия со стразами, вместо россыпи бриллиантов. Но это оказалось ерундой, по сравнению с тем, что на внутренней части кольца, вместо предполагаемых инициалов «О» и «В», стоит «М» и «В».
— Девушка, тут ошибка. У меня в заказе были указаны другие буквы. А вместо «О» я получаю «М». Это кто Михаил?
— Может быть еще Марк.
— А еще на букву «М» может быть мудак. Ценю ваше чувство юмора, но увы и ах, я на букву «О».
— Так, ну смотрите, заказ номер одиннадцать сорок три: золотое кольцо с россыпью бриллиантов и гравировкой с внутренней стороны в виде знака бесконечности и между ним инициалы «М» и «В». Все правильно?
— У меня заказ одиннадцать сорок четыре. А вам нужно проверить зрение.
— Ой, простите, пожалуйста. Сейчас поменяем.
— Да ничего страшного.
Страшного, конечно, ничего, только впервые захотелось дать представительнице прекрасного пола подзатыльник. Весь романтический настрой испортила. Правда, когда она принесла мой заказ, я быстро забыл про ее косяк. Вот это то, что я выбирал, а не дешевская блестяшка. Надо было дожить до тридцати четырех лет, чтобы как ребенок радоваться простой гравировке, которую, по сути кроме обладательницы кольца, никто не увидит.
— Оно самое. А коробочка где, надеюсь, не перепутали?
— Вот она.
Пододвигает мне маленькую белую коробочку с виду ничем непримечательную. А вот внутри должно быть самое интересное. И это интересное не заставило меня долго ждать, на внутренней стороне крышечки красуется надпись: «Выходи за меня». Прекрати лыбиться как придурок, Самарский, говорю сам себе и поднимаю взгляд на продавщицу.
— Ну прелесть же?
— Безусловно, — улыбается она.
— Вот и я говорю-у меня определенно хороший вкус. Давайте оформляйте.
Ехать на день рождения давнего знакомого совершенно не хотелось, но правила приличия никто не отменял. Настроение, несмотря на фактически прогоревшую часть бизнеса, было приподнятым. Вообще ничего не волновало, желание было только одно-поздравить именинника, покрасоваться часик, другой и как можно быстрее вернуться к Вике. С первой частью было все просто и быстро, а вот поприветствовать остальных знакомых и немного влиться в круг-было тяжелее. Пройдясь глазами по залу, захотелось откровенно спать. Сборище одних и тех же лиц. Вот и Марина окучивает очередного лоха, заодно и Максима держит рядом. Оглядываюсь по сторонам, замечая сидящую за столом Наташу, активно раздувающую ноздри. Беру бокал с вином и подхожу к ней.
— Привет, хорошо выглядишь, только бледновата. Вина налить? — подсаживаюсь рядом с ней за стол.
— Привет. Спасибо, не надо.
— Наташ, будь умнее и выдержаннее. У него нет никаких личных отношений с Мариной.
— Давно хотела тебе сказать. Ты меня бесишь, Олег, этакий тихушник. Я тебя вообще не понимаю. Вечно такой спокойный, сдержанный, уверенный в себе. Тебя вообще что-нибудь может вывести из себя?
— Так разговор обо мне?
— А пусть о тебе.
— Каждого человека можно вывести из равновесия. Вот ты уже на грани. Остановись. Выдохни и успокойся. Сделай невозмутимый вид, а дальше поговори о том, что тебя беспокоит с Максимом лично и ни в коем случае не устраивай скандалов.
— Ну хорошо, умник. У вас же общий бизнес, чего ты такой спокойный? По словам Максима, вы можете потерять половину своих денег. Это ли не повод немного пострессовать? Почему только Максим об этом так пыжится?
— Наверное, потому что он слишком амбициозен. С самой юности. А я другой. К тому же, не вижу смысла плакать по тому, что уже потеряно. Зачем? Ведь мы все равно при деньгах, живые и здоровые. Не это ли главное?
— Почему потеряно? Максим сказал, что все наладилось.
— Наладилось. Мнимо. Вернее, ненадолго. Через десять дней новый год, а после обязательно рванет. Когда все выплывут из тазика оливье и алкогольного дурмана, все станет очевидным. А пока надо просто жить. И как ни странно, радоваться каждому дню.
— А если я сейчас воткну в твою руку вилку, ты тоже будешь таким же спокойным?
Вряд ли. Но я раньше перехвачу твою руку. Во-первых, у меня хорошая реакция, во-вторых, ты сказала о своих намерениях, значит я тем более к этому буду готов, — кажется, вместо того, чтобы немного отвлечь Наташу от мыслей о Марине, я ее еще больше взбесил. Вздымающиеся крылья носа и сжатые в кулаки руки, это только подтверждают.
— А когда ты узнал, что Вика резала из-за тебя вены, ты тоже был таким же спокойным? Или может все-таки что-то екнуло? А? Подожди! Или ты до сих пор не знаешь?
Я не знаю сколько прошло секунд, прежде чем выпаленные в гневе Наташей слова дошли до моего сознания.
— Тебе принести что-нибудь выпить? — без каких-либо эмоций в голосе интересуюсь я, сжимая в кармане брюк ключи от машины.
— Нет. Олег, прости меня. Я не знаю зачем это сказала, я даже не знаю так ли это. Это просто мои догадки. Черт, прости, — сжимая побледневшие щеки, затараторила Наташа.
— Успокойся. Ты еще слезами здесь все залей. Вот поэтому, прежде чем что-то сказать Максиму, подумай, сама же будешь жалеть. Все, успокойся, ты реально взбледнула.
