— Ты — мудак. Да кем ты себя возомнил?! — кричит, пытаясь выдернуть руку, которую я не отпускаю. — Ты не знаешь, с кем связался. Одно мое слово и Эдик сотрет тебя в порошок! — начинаю громко смеяться ей в лицо. Она пугает меня своим мужем! Только что она отсосала у меня с большим удовольствием, наставила очередные рога своему мужу. А теперь им же угрожает.
— Не страшно, детка. Совсем не страшно. И что ты скажешь своему Эдику? Пожалуешься на то, что я не захотел тебя трахнуть, после того как ты отработала своим ртом? Так? — резко отпускаю ее руку, от чего она немного пошатывается. Быстро натягивает платье на плечи, пытается поправить растрепанные волосы. Отворачиваюсь от нее к окну, опираясь на стену, смотрю на улицу.
— Ты еще пожалеешь об этом! — кричит она мне, открывая двери.
— Конечно, пожалею. Я уже жалею, — усмехаюсь я.
— Козел! — кричит она, выходит, захлопывая за собой дверь. Я вроде бы получил от этого всего удовлетворение. Но чувствую себя разбитым, безумно уставшим от всей этой грязи. Что вообще со мной происходит в последнее время? Как будто весь мой привычный мир начинает рушиться камень за камнем, осколок за осколком. Испытываю желание напиться до беспамятства, чтобы перестать вообще о чем-либо думать. Поправляю одежду, выхожу из домика. Блондинки и след простыл. Вот и хорошо. Закрываю двери. Замечаю быстро удаляющуюся девушку. Я знаю, кто она, я чувствую ее медовый запах, который витает в воздухе. Но, даже без запаха, я смог бы безошибочно определить, что это — Дюймовочка. Я запомнил каждую деталь ее безумно сексуального наряда. И что эта ведьма здесь делала?! Иду за ней, испытывая желание немедленно выбить из нее ответ. Она ускоряет шаг, убегая от меня.
— Остановись! — громко приказываю ей. И она, как ни странно, слушается, застывая на месте.
Я сожалела. Очень сильно сожалела. Проклиная себя за то, что ноги принесли меня сюда, к этим чертовым домикам. Но ничего не могла с собой поделать, я, словно приросла к земле, на которой стояла. Остановилась напротив двери, за которой скрылись эти двое, и ненавидела себя за то, что ничего не могу поделать с собой и этой удушливой ревностью. За дверями стояла абсолютная тишина. А мне хотелось ворваться туда и узнать, в какой позе он трахает ее. От этих мыслей я чувствовала себя сумасшедшей, невменяемой. Курила уже третью сигарету, уговаривая свои ноги унести меня отсюда. Что он сейчас ей говорит? Как прикасается к ней? Он делает это нежно или грубо? Нееет! Да что со мной происходит? Я действительно безумно его ревную?! И это гадкое, чувство сжирает меня заживо.
Мое тело порывается распахнуть эту чертову дверь и оттаскать Барби за волосы. Но я держусь. Не позволяю себе настолько унизиться. Через какое-то время двери домика резко распахиваются. От неожиданности я пячусь назад, до тех пор, пока не упираюсь в закрытые двери соседнего домика. «Козел!» — гневно кричит Барби. Вылетает из домика. Захлопывает двери и быстро удаляется. Ее платье слегка помято, идеальная прическа растрепана. Помада размазана. Он целовал ее? От этой мысли становится тошно. Барби уходит. И я понимаю, что Дан тоже скоро выйдет. Срываюсь с места, иду вперед. Слышу позади себя звук закрывающихся дверей и его шаги. Черт, надеюсь, он не узнает меня в полумраке. Ускоряю шаг. Он идет за мной.
— Остановись! — властно требует он. И я останавливаюсь. Это было такое странное состояние, как будто меня загнали в угол. А еще появилось до боли отвратительное чувство к нему. Я опять срываюсь с места, практически бегу. Не желаю его видеть и слышать. Но Дан быстрее меня. Он догоняет, подхватывает за талию, буквально затаскивая меня в темный закуток между домиками. Не дает и пискнуть, впечатывает в стену, прижимает своим большим телом к стене, перекрывая все пути к отступлению. Глубоко дышит, хватает за шею, чуть сжимает, удерживая мой взгляд. Не могу смотреть в его наливающиеся злостью глаза. Не выдерживаю, закрываю свои. Дергаюсь, пытаясь вырваться. Но он сильнее.
— Что ты здесь делала?! Шпионила за мной?! — требует ответа. О, Боже! Я впервые слышу в его голосе столько злости и раздражения. Он же робот, без каких либо эмоций.
— Отпусти меня! — требую я. Дергаюсь, но все впустую, он не отпустит, пока не получит от меня все ответы.
— Открой свои чертовы глаза. Посмотри на меня! И ответь, зачем ты сюда пришла!
— Я здесь курила! Я не знала, что ты здесь имеешь свою Барби! — кричу ему в ответ, на что Дан зло ухмыляется, еще сильнее сжимая мою шею. — Отпусти меня! Мне больно! — он немного ослабляет хватку, но не отпускает.
— Врешь! Отвечай? Для чего. Ты. Сюда. Пришла? — чеканит каждое слово. Я молчу, не могу сознаться ему в настоящих мотивах своего присутствия. Дан ждет ответа, его дыхание учащается, смотрит в глаза, обжигает неистовым взглядом. Глубоко вдыхаю, улавливаю запах его холодного парфюма, смешанного с запахом приторных женских духов. Становится тошно и противно. Изо всех сил пытаюсь вырваться.
