Из машины выбралась темная фигура со спортивной сумкой в руках. Вновь включились фары, машина сдала назад и умчалась прочь. К моему крыльцу медленно подошел мужчина, и я вытерла вспотевшие ладони о толстовку. Он не должен был приехать так рано. Я не приготовилась.
Он взбежал по ступенькам, но замешкался у двери.
Я повернула ручку замка и потянула дверь на себя.
– Все закончилось?
– Закончилось, – сказал Томас.
Вид у него был измотанный.
Я распахнула дверь, Томас вошел и обнял меня. Он стоял молча, затаив дыхание.
С момента моего перевода мы жили в противоположных концах страны, и я уже привыкла скучать по нему. Но когда они с Трэвисом умчались всего через несколько часов после того, как последние из его вещей были доставлены в наш новый дом в Квонтико, я забеспокоилась. Задание было чрезвычайно опасным. Томас и Трэвис вместе провели рейд в офисах Бенни Карлиси, так что организованная преступность в Вегасе уже не станет прежней.
Судя по лицу Томаса, все прошло не так гладко.
– Твой отчет выслушали? – спросила я.
Он кивнул:
– Но Трэвис отказался присутствовать. Он поехал прямиком домой. Я за него беспокоюсь.
– Сегодня их с Эбби годовщина. Позвони ему завтра. Убедись, что он отчитался.
Томас сел на диван, уперся локтями в колени и опустил взгляд:
– Все должно было пройти иначе. – Он выдохнул так, будто из его легких вышибло весь воздух.
– Хочешь об этом поговорить?
– Нет.
Я подождала, зная, что он всегда так отвечает перед тем, как все мне рассказать.
– Трэвиса раскусили. Бенни со своими головорезами увел его под землю. Сперва я запаниковал, но Сойер обнаружил их местоположение. Мы целый час слушали, пока они избивали Трэвиса.
– Боже мой! – Я прикоснулась к его плечу.
– Трэвис получил ценную информацию. – Он усмехнулся, однако не слишком весело. – Бенни удостоил его отличной речи и выдал все, думая, что Трэвис скоро умрет.
– И?
– Чертов ублюдок угрожал Эбби. Он стал расписывать во всех подробностях пытки, которым подвергнет ее после того, как убьет Трэвиса. И очень красочно.
– Значит, Бенни мертв. – Это прозвучало у меня как утверждение.
– Да, – вздохнул Томас.
– Годы работы, а Бенни даже не придется сидеть в зале суда.
Томас нахмурился:
– Трэвис сказал: ему жаль, что так вышло. У нас еще много работы. Мик Эбернати имеет контакты и с другими боссами помимо Бенни. Теперь можно зайти с другого угла.
Я легонько провела пальцами по волосам Томаса. Он не знал о нашем с Эбби секрете. Она раскроет Бюро все, что у нее есть на отца, а взамен ее муж останется дома, подальше от опасности. Эбби согласилась передать данные Трэвису до их годовщины, а он в свою очередь передаст их Вэл, которую назначили новым ПООСом в Сан-Диего.
– Я обещала, что закончу распаковывать вещи к твоему возвращению. Мне стыдно.
– Все в порядке. Я все равно хотел тебе помочь, – сказал Томас, но его занимали другие мысли. – Жаль, что тебя там не было. Для тебя это не менее важно, чем для меня. – Он поднял глаза и прикоснулся к моей толстовке, обтянувшей выпирающий живот – второй незапланированный момент в наших отношениях. – Но я рад, что тебя там не было.
Я улыбнулась:
– Я больше не вижу своего шрама.
Томас поднялся и обнял меня своими крепкими руками:
– Наконец я здесь, и следующие четыре месяца – плюс-минус несколько дней – ты сможешь любоваться моим шрамом, пока снова не увидишь свой.
Держась за руки, мы пересекли гостиную, и Томас повел меня в спальню. Там мы сели на кровать и стали смотреть на языки огня в камине и пляшущие тени на картонных коробках, в которых лежали фотографии и всякие безделушки, собранные за нашу совместную жизнь.
– Наверное, к этому времени можно было придумать что-то получше, – сказал Томас, мрачно глядя на коробки.
– Тебе просто не нравится распаковывать вещи.
– Это никому не нравится, даже если человек радуется переезду.
– А ты радуешься?
– Я счастлив, что ты получила эту должность. Ты очень долго к этому шла.
Я изогнула бровь:
– Ты во мне сомневался?
– Ни на секунду. Но я переживал из-за должности ПООСа в Вашингтоне. Я чуть не вспотел, пытаясь все уладить до появления малыша, а ты, казалось, не слишком мечтала увидеть меня здесь.
Я поморщила нос:
– Меня не слишком радуют твои часовые поездки.
Он пожал плечами:
– Все лучше, чем перелеты. Ты уклоняешься от темы – ты ведь не слишком хотела, чтобы отец твоего ребенка был рядом.
– Конечно, теперь я допускаю некоторые переменные, но это не значит, что я забросила главный план.
Брови Томаса взметнулись.
– Значит, это был план? Чтобы я чуть с ума не сошел от тоски, пока не видел тебя три месяца? Чтобы прилетал сюда ночным рейсами на каждый визит к врачу? Чтобы беспокоился за каждый телефонный звонок – вдруг случилось что дурное?
– Теперь ты здесь – и все чудесно.
Он нахмурился:
– Я знал, что ты решишь подать заявку на эту должность. И психологически настраивал себя на переезд. Но ничто не могло подготовить меня к тому, что через месяц ты сообщишь мне о беременности. Знаешь, каково это – видеть, как моя беременная девушка пересекает страну в одиночку? Ты даже не взяла с собой все вещи. Я был в ужасе.
Я прыснула со смеху:
