В Лондоне и Париже нас много бранят за блокаду Дарданелл; хотя вместе с тем говорят, что мы имеем на это право и что это не составляет повода к войне против нас. Через несколько дней отправлю к вам другого курьера, с которым буду иметь возможность сообщить более подробностей.
Поклонитесь фельдмаршалу. Кстати, я только что получил известие о смерти Родзянко, в Харькове, и опасаюсь, судя по признакам, что это действие яда. Прощайте, любезный друг; Бог да наставляет вас и да поможет скорее овладеть Силистриею.
Жена моя вам кланяется.
Да будет воля Божия, любезный друг. Что свершилось – то свершилось[185]. Не станем пока думать
Изображаемое вами состояние войск приблизительно таково, каким и я себе его представлял; но я не вижу всего в таком черном цвете, как вы; я полагаю – и совершенно уверен в том, что порядок должен и может быть восстановлен, коль скоро приняты будут для сего быстрые и удачные меры.
Прежде всего, поручаю вам сказать фельдмаршалу, вручив ему прилагаемое при сем письмо, что от усердия его и преданности я ожидаю, что он сохранит главное начальство над армиею; настоящее его положение настоятельно сего требует; а опыт прошедшего и в особенности та роль, которую я предназначаю для армии на будущую кампанию, доставят ему полную возможность исполнять мои инструкции так, чтобы я был доволен.
Рассчитываю на вас, что вы убедите его на это. Киселев должен остаться, где был прежде; Сухтелена назначьте на место Берга, которого поставите под его начальство; Байкова замените Маевским или кем вы заблагорассудите, точно так же и прочих, доказавших свою глупость или свою неспособность.
Не теряя ни минуты, объявите начальникам корпусов и дивизий, чтобы они произвели инспекторский смотр своим частям и безотлагательно представили самые подробные рапорты о состоянии войск. Пусть при этом присутствует один из адъютантов фельдмаршала, который и отвезет эти рапорты. Артиллерии и инженерному ведомству прикажите представить ведомость о всем их материальном имуществе и о том, где оно находится, и пускай тотчас же будет прислана к нам.
Прикажите осмотреть госпитали и приложите самую тщательную заботливость по этой части, приказав всех выздоравливающих из госпиталей на левом берегу Дуная включать в расположенные там войска; и то же самое делать на правом берегу. Увеличьте попечение и надзор, так чтобы в
Пошлите для сего какого-нибудь надежного человека, который бы наблюдал за исполнением потому что это необходимо. Смотрите, чтобы начальники корпусов в Молдавии и Валахии хорошенько заботились о своих войсках и доставляли им возможно лучшее помещение. Наконец, когда все это вы пустите в ход, возвращайтесь сюда как можно скорее.
Посылаю Геруа и Кавелина, чтобы осмотрели 8-ю и 9-ю дивизии и донесли мне об их состоянии. Впоследствии пошлю Нейдгарта для контроля над исполнением принятых мер и чтобы все привести в порядок.
Перейдем к самому существенному вопросу наступающего года – к плану кампании. Все обдумав и все приняв в соображение, я остановился на следующей мысли. Опыт нынешней кампании до очевидности доказал нам, с какою страною и с каким народом мы имели дело.
Повторять напрасные потери, которыми мы обязаны неправильным действиям, происходившим вследствие того, что мы имели об обоих, столь важных предметах, ложные сведения, – это было бы преступлением, которое я никогда не возьму на свою совесть. Итак, надо решить, что нам следует делать или предпринимать. Перед началом войны я объявил, что желаю иметь гарантии, которые могли бы обнадежить меня в почетных условиях для мира.
Хотя кампания не вполне соответствовала нашим надеждам, но тем не менее Провидению угодно было предать в наши руки две совершенно нетронутые провинции и третью, служившую театром военных действий, ключ которой есть Варна. В Азии, кроме Анапы и Поти, в нашей власти три пашалыка.
Это представляет значительные – хотя еще и не вполне достаточные – гарантии для достижения нашей цели. Благоразумно ли было бы с моей стороны хотеть перенести войну за Балканы – наудачу, без всякой
Поэтому мне кажется, что здравый смысл и благоразумие не только не побуждают нас идти за Балканы, но, напротив того, настоятельно требуют, чтобы мы оставили мысль о вторжении в страну, лежащую за горами, а ограничились утверждением в занятых уже нами областях и довершали завоевание того, что еще не находится в нашей власти.
