Утром Маугли рано встает и жестами показывает, что должен идти с отцом на молитву. Мы прощаемся нежно, словно молодожены наутро после свадьбы, и я остаюсь в доме одна. Как выяснится позже, почти до вечера, потому что потом Маугли встретит своих друзей, и рассказов о своей жизни в курортной зоне у него хватит не на один час. Наше прощание перед молитвой умиляет меня настолько, что пару часов я, как зачарованная, сижу, погрузившись в свои мысли, пока мама не вызволяет меня из одиночества. Она отдает меня в руки Айсель, которая несказанно рада: наконец-то нам никто не помешает общаться.
Мы долго завтракаем на тряпках во дворе, потом к нам заглядывают подружки. Одна из них, красивая девушка (кажется, женская красота здесь –редкость), приходит с нарядно одетой ради такого случая дочкой месяцев десяти, над дочуркой все долго потешаются, то и дело повторяя «чиркин» - по нашему, страшилка. Юная мама проявляет незаурядный юмор и напористость, и начинает лепить из найденной мной глины огромный член. Она гордо показывает всем свое произведение искусства. Девки помирают от хохота, пока я обалдело оцениваю экземплярчик. Ничего себе, скромные турчанки. Теперь я знаю, какие мысли они прячут под платочками. Разговор плавно переводится на тему «все мужики – козлы» и вот уже мужья и братья бурно разбираются по косточкам. Впадаю в кому, узнав, что всем ангельским созданиям по 18-19 лет. Изрядно привираю о себе (со словарем). Я то сначала решила, что все они старше меня, ну, разве что, кроме красотки.
Делаю глупость, выразив беспокойство, где же Юсуф. Они поднимают меня на смех, обижаются, что мне скучно с ними, зачем мне этот дурак, передразнивают его, и хватают меня за руки. Они же лучше! Мне это в голову не приходило, но, может, они и в самом деле правы. Когда еще попадешь в такую компанию!
На третий день мы торжественно идем в парикмахерскую, Маугли собирается состричь свои длинные локоны, я выказываю сомнение и недовольство, боюсь, что он утратит свой шарм. Но он уверен, что все будет хорошо. По его просьбе мы фотографируемся до и после стрижки. Мой Юсуф превращается в ди Каприо из «Титаника», такой же смазливый и улыбчивый, и правда, похож, только слегка на восточный манер, ну вот, теперь мы один в один – герои «Титаника»: я, взбалмошная кобыла, и он, до потери пульса влюбленный мальчишка.
Решаю за компанию прополоть брови, та же милая девушка, что превратила Маугли в ди Каприо, сажает меня перед зеркалом и растягивает у моего лица обычные нитки. Быстрыми и ловкими движениями, без буржуйских пинцетов и ваток, она снимает все лишние волоски. Слезы брызжут из меня фонтаном, но моментальность этой операции вызывает восторг. Я смеюсь и плачу, сидя перед зеркалом, и вижу счастливую улыбку своего мальчишки, стоящего позади меня. Оказывается, его спросили, не актриса ли я, такое, мол, у меня интересное лицо. У турков, неважно, мужчин, женщин, комплимент не застоится. Ну и ладно. Конечно, актриса. Подбираю себе увлекательные сценарии, но вот только кто их пишет? Бог или дьявол? Или оба?
Там, в краю далеком, буду тебе…
