Куда еще он мог бы пойти? Куда еще, кроме как в дом своего дяди в предгорьях? Эдмунд Хауз настаивал, что Каллоуэй и Кларк сговорились посадить его, и определенно так казалось, но это не объясняло, кто запрятал украшения в банку из-под кофе в столярной мастерской и подбросил светлые волосы в машину. Ни Каллоуэй, ни Кларк не могли этого сделать, пока Эдмунд был дома и настороже, а целая команда экспертов обыскивала участок. Не понял ли Эдмунд, что его дядя тоже участвовал в заговоре, охотно присоединился к нему, чтобы скрыть собственное преступление?
Трейси оторвала глаза от дороги, чтобы проверить свой мобильник. Сигнала так и не было. Она задумалась, добрался ли Дэн домой и прочел ли ее записку. Поехал ли он уже к Рою Каллоуэю. Заметив сугроб, который как будто сгребли с боковой дороги на обочину, она сбавила скорость, чтобы рассмотреть получше и вспомнить, не это ли поворот к дому Паркера. Если она ошибется, то застрянет в снегу и не сможет развернуться.
Перейдя на низкую передачу, она повернула и нажала на акселератор, чтобы удержать скорость на подъеме. Шины ее «Субару» вошли в колею, проложенную машиной с более широкими и шире расставленными колесами – грузовиком, – и ее машина закачалась, как на карнавале, фары забегали по стволам и ветвям неистово раскачивающихся на ветру деревьев. Трейси согнулась над баранкой, вглядываясь сквозь постоянно сжимающееся окошко видимости, поскольку снег и лед накапливались на ветровом стекле, словно не замечая дворников и антиобледенителя, с шипением гнавшего теплый воздух.
Она сбавила скорость на углу, собираясь дать газу за поворотом, но, увидев торчащий из снега сук, резко нажала на тормоз, и машина остановилась. Фары освещали лишь два упавших на дорогу дерева. Дальше на машине было не проехать. Трейси осмотрелась, не зная, далеко ли еще до хозяйства Паркера и вообще по той ли дороге она поехала. Она снова посмотрела на мобильник. Сигнала не было. Едут ли Дэн и Каллоуэй? Этого было не узнать. А инстинкт говорил ей, что ждать нельзя.
Она проверила обойму своего «Глока», загнала ее на место и послала патрон в ствол. Потом сунула в карман куртки еще две обоймы, натянула шапку и лыжные рукавицы и взяла фонарь, который нашла в ящике стола у Дэна на кухне. С трудом открыв дверь под налетающим ветром, она удержала ее открытой, собираясь с духом, чтобы встретиться с непогодой и тем, что должно случиться.
Деанджело Финн был распят на двери в чулан. Его руки были раскинуты, в ладони забиты большие гвозди, и по двери текла кровь. Вес его тела удерживался ремнем на поясе, зацепленном за крюк. Голова Финна склонилась набок, глаза были закрыты, а лицо имело пепельный цвет даже в ярком свете фонаря, которым светил Каллоуэй. Шериф приложил ухо к груди Фина и услышал слабое биение. Старик застонал.
– Он жив, – сказал Армстронг, не веря себе.
– Дай мне молоток или что-нибудь.
Армстронг пошарил в комнате, поворошил то, что осталось на комоде. Каллоуэю хотелось убрать ремень, но тогда бы весь вес Финна пришелся на прибитые гвоздями руки.
– Держись, Деанджело. Помощь уже идет. Ты меня слышишь? Деанджело! Держись. Сейчас мы тебя снимем.
Ронковский и двое пожарных вошли в комнату вслед за Армстронгом. Один нес мощный фонарь.
– Боже, – проговорил Ронковский.
– Нужно что-то, чтобы его снять.
– Если вытащить гвозди, болевой шок убьет его, – сказал Ронковский.
– А что, если выбьем гвозди сзади? – предложил один из пожарных.
– Та же проблема.
– Мы можем вырезать дверь вокруг гвоздей, – сказал Каллоуэй.
Ронковский вытер рукой лицо.
– Хорошо. Так и сделаем. Мы можем приподнять его, чтобы снять вес с рук. Дирк, принеси ножовку.
– Забудьте об этом, – сказал Армстронг, останавливая пожарного. – Просто вытащим штыри из петель и снимем чертову дверь. И воспользуемся ею как носилками.
– Он прав, – сказал Ронковский. – Так лучше. Дирк, принеси молоток и отвертку. – Он подошел ближе к Деанджело. – Ему тяжело дышать. Приподнимем его, чтобы снять вес с грудной клетки.
Каллоуэй приподнял Финна за пояс. Старик застонал. Армстронг принес с кухни стул и пододвинул Финну под ноги, но тот был слишком слаб, чтобы встать. Каллоуэй по-прежнему держал его за пояс, когда вернулся пожарный с молотком и долотом и стал выбивать штырь из петли.
– Нет, – сказал Армстронг. – Сначала из нижней. Пусть пока висит на верхней.
Пожарный выбил штырь из нижней, потом из средней. Армстронг и Каллоуэй удерживали дверь.
– Держите его? – спросил пожарный.
– Давай, – скомандовал Армстронг.
Пожарный выбил верхний штырь. Каллоуэй напрягся под весом Финна и двери, и вместе с Армстронгом им удалось повернуть дверь и медленно положить на кровать.
– Принесите ремни, – сказал Ронковский. – Нужно привязать его к двери, чтобы вытащить отсюда.
Ронковский приладил к лицу Финна кислородную маску и бегло осмотрел его. Когда вернулся пожарный, ремень с пояса Финна сняли, подсунули принесенные ремни под дверь и закрепили Финна за голени, пояс и грудь.
– Хорошо. Посмотрим, сможем ли мы его вынести отсюда, – сказал Ронковский.
