Лифт остановился, мы двинулись по коридору следом за охранником и остановились у стеклянной двери, на которой золотыми буквами было выведено: «Клод Дюваль, фотограф». Охранник нашел в связке нужный ключ и отпер дверь.
– Я буду внизу, – буркнул он. – Дайте мне знать, когда закончите. Нужно будет снова все запереть.
– Да, да, конечно, – отозвался я. – И прошу прощения за хлопоты.
– Не стоит благодарности, мистер Джонс, – буркнул охранник, но остался стоять на месте.
– Бух, – строго сказал я.
– Я и вправду не против выпить, – прогрохотал за моей спиной голос Доминика, – но не желаю, чтобы меня так называли…
– Мистер Бух, – резко перебил я, – дайте, пожалуйста, нашему приятелю пять долларов за труды.
Доминик, злобно зыркнув на меня, вытащил из кармана купюру и протянул охраннику.
– Не стоит, – пробормотал охранник, выхватывая купюру из рук Доминика. – Если я вам еще понадоблюсь, вы сможете найти меня на первом этаже.
С этими словами он побрел в сторону лифта. Мы прошли в студию, миновали роскошно обставленную приемную, несколько кабинетов и добрались наконец до комнаты, в которой громоздились лампы и штативы. Бесчисленные провода цеплялись за ноги, пока я прокладывал путь к облицованной деревянными панелями двери, на которой висела табличка «Клод Дюваль».
– Будет неплохо, если вы все-таки скажете мне, что мы собираемся искать, – холодно обронил Доминик.
– Фотографии, – буркнул я. – Непристойные фотографии. Вряд ли они развешаны по стенам или лежат на полочке в приемной. Они могут быть только в кабинете Дюваля.
Я толкнул дверь и включил свет. Мебель в кабинете была выдержана в светлых тонах. На стенах висели образцы фототворчества Дюваля. В комнате имелось два шкафа, и мы с Домиником усердно взялись изучать их содержимое. Через четверть часа я просмотрел последнюю пачку фотографий и выпрямился. К тому времени и Доминик успел управиться со своим шкафом.
– Ничего? – спросил я.
– Ничего, – ответил он. – Что будем делать дальше?
– Судя по всему, здесь где-то должен быть замаскированный сейф. Скорее всего, он находится под одной из этих дурацких фотографий.
Вскоре Доминик действительно нашел сейф за гигантским фотоплакатом, на котором обнаженную девушку, запутавшуюся в сетях, сжимал в объятиях голый мужчина. Дюваль даже подписал под этим снимком оригинальное название: «Секс в сети», и наверняка моделью была одна из манекенщиц.
Я снял фотографию со стены, и Доминик принялся изучать сейфовый замок с таким серьезным видом, будто он действительно большой специалист в этих делах. Наконец он открыл свой портфель и вынул оттуда небольшую дрель.
– Надеюсь, вы понимаете, что делаете? – поинтересовался я.
– Можете на меня положиться, малыш, – ответил он самоуверенно. – Сделаю пару дырочек, заполню их кое-чем – и сейф будет открыт. Все очень просто.
Я закурил, а Людд тем временем энергично обрабатывал сейф сверлом. Наконец он достал из портфеля тюбик с какой-то массой. С этой штукой он обращался так же бережно, как любящая мамаша со своим чадом.
– Что это такое? – забеспокоился я.
– Нитроглицерин, – спокойно ответил Людд. – С ним, конечно, нужна осторожность, зато его легко раздобыть.
Он не успел договорить, а я уже оказался в самом дальнем углу кабинета и спрятался за одним из шкафов. Осторожно высунув голову, я проследил, как он заполнил обе дырочки массой из тюбика, потом принялся возиться с проводками. Спустя минуту мой бравый помощник попятился назад, разматывая тоненькую проволоку. Вскоре он оказался рядом со мной.
– Будет очень громко? – спросил я.
– Громко? – Людд оглянулся на меня с оскорбленным видом. – Не громче, если бы кто-то кашлянул.
– Вы уверены?
– У вас на редкость однообразные вопросы, Дэнни. – Он хмуро смотрел на меня. – Неужели у вас нет ни капли доверия ко мне?
– Нет, – ответил я. – Но в настоящее время это не имеет значения.
Он выключил одну из ламп, снял декоративную панель, отвинтил патрон и подсоединил к нему проволочку. Пока Доминик возился со вторым контактом, я размышлял, не обидится ли он, если я подожду его внизу. Но полюбопытствовать на этот счет я не успел.
– Сейчас мы устроим маленький бах! – жизнерадостно объявил Людд и протянул руку к контакту.
Я стремительно юркнул за шкаф и заткнул уши. Послышался звук, похожий на чье-то смущенное покашливание. Я продолжал терпеливо ждать взрыва, но ничего не происходило. Наконец я высунул голову и обнаружил, что Доминик со скучающим видом прислонился к шкафу.
– Беру свои слова назад, малыш, – искренне сказал я.
Но мое воодушевление улетучилось, когда я заметил, что дверца сейфа так и осталась целой.
– Халтурщик! – прошипел я. – Не сработало? На сейфе нет и царапины.
Он ничего не ответил, и тогда я тряхнул его за плечо.
– Черт бы вас побрал, Доминик…
Его плечо выскользнуло из-под моей руки, и Людд осел на пол. На его лице застыло недоумение, меж бровей красовалась аккуратная дырочка. На крючковатом носу алели капельки крови.
Какое-то мгновение я смотрел на него с недоумением, отказываясь поверить, что он мертв. Потом чей-то голос довольно холодно произнес:
