Да, не оставалось и тени, зерна сомнения в том, что этот таинст венный консультант знал, точно знал заранее всю картину ужасной смерти Мирцева! Да как же это может быть?!
Тогда две мысли пронизали мозг Ивана Николаевича: «Нет, он не сумасшедший!» – и другая: «Он подстроил это все, он убил Мирце ва». Но как?!
– Э, нет, это мы узнаем! – сквозь зубы сам себе сказал Иван Нико лаевич. Все существо его сосредоточилось на одном: сию же минуту найти этого профессора, а найдя его, – арестовать. Но, ах, ах… не ушел бы он! Где он?
Но профессор не ушел.
Озираясь, Иван отбежал от скамейки и тотчас увидел его.
Он – профессор, а может быть, и не профессор, а страшный, та инственный убийца – стоял там, где Иван его покинул. Золотая луна светила над Патриаршими, Иван его хорошо разглядел в профиль. Да, это он, и трость он взял под мышку.
Отставной втируша-регент сидел неподалеку на скамейке. Теперь он нацепил себе на нос явно не нужное ему пенсне, в котором одно го стеклышка совсем не было, а другое треснуло. От этого регент стал еще гаже, чем был тогда, когда указал Мирцеву путь на рельсы.
Чувствуя, что ноги дрожат, Иван с пустым и холодным сердцем приблизился к профессору, и тот повернулся к Ивану. Тогда Иван глянул ему в лицо и понял, что никаких признаков сумасшествия в этом лице нет.
– Сознавайтесь, кто вы такой? – глухо спросил Иван.
Иностранец насупился и сказал неприязненно:
– Их ферштейн нихт.
– Они не понимают, – ввязался пискливо со скамейки регент, хоть его никто и не просил переводить.
– Не притворяйтесь! – грозно сказал Иван и почувствовал холод под ложечкой. – Вы только [что] говорили по-русски!
Иностранец глядел на Ивана, и тот видел, отчетливо видел, что в глазах у него глумление.
– Вы не немец, вы не профессор, – тихо продолжал Иван, – вы – убийца! Вы знали про постное масло! Знали? Документы! – вдруг яростно крикнул Иван.
Неизвестный отозвался, брезгливо кривя и без того кривой рот:
– Вас ист ден лос?..
– Гражданин! – опять ввязался мерзавец регент. – Не беспокой те интуриста!
Неизвестный сделал надменное лицо и, повернувшись, стал отхо дить.
Иван почувствовал, что теряется. Он кинулся было следом за не известным, но почувствовав, что один не управится, и задыхаясь, об ратился к регенту:
– Эй, гражданин, помогите задержать преступника! Вы обязаны!
Регент тотчас оживился чрезвычайно и вскочил:
– Который преступник? Где он? Иностранный преступник? – за кричал он, причем глазки его радостно заиграли. – Этот? Гражда нин! Ежели он преступник, то первым долгом кричите – караул! А то он уйдет! Давайте вместе! А ну!
Растерявшийся Иван послушался штукаря-регента и крикнул «Ка раул!», но регент его надул, ничего не крикнув.
А одинокий крик Ивана никаких хороших результатов не дал. Две девицы шарахнулись от него, и Иван услышал слово «ишь пьяные».
– А, ты с ним заодно! – в бешенстве обратился Иван к регенту. – Ты что ж, глумишься надо мною? Пусти!
Иван кинулся вправо, и регент вправо, Иван – влево, и тот туда же.
– Ты что, под ногами путаешься нарочно?! – закричал Иван ре генту, который плясал перед ним, дыша Ивану в лицо луком и подми гивая сквозь треснувшее стеклышко. – Я тебя самого предам мили ции, – и сделал попытку ухватить негодяя за рукав, но не поймал ни чего.
Регент как сквозь землю провалился. Тогда Иван глянул вдаль и в сумерках увидел своего неизвестного. Он уже был в конце аллеи у самого выхода и не один. Более чем сомнительный регент присое динился к нему, и даже издали видна была на его роже подхалимская улыбочка.
Но это еще не все. Третьим был неизвестно откуда взявшийся кот, громадный, как боров, черный, как грач, с кавалерийскими отчаян ными усами.
Вся тройка повернулась и решительно стала уходить. Иван устре мился за ними, задыхаясь, и очень скоро убедился в том, что догнать злодеев будет не так легко. Тройка вышла на Садовую, Иван приба вил шагу, тройка не прибавила, а между тем расстояние между пре следуемыми и преследователем ничуть не сократилось. Иван сделал попытку прибегнуть к содействию прохожих, но его искусанные ру ки, дикий блуждающий взор и, главное, слова «помогите задержать иностранца с шайкой» были причиной того, что Ивана приняли за пьяного и никто не пришел ему на помощь.
На Садовой произошла совершенно невероятная сцена. Видя, что Иван неотступно следует сзади, компания применила излюблен ный бандитский прием – уходить врассыпную.
Регент с великой ловкостью на ходу вскочил в трамвай «Б», как ветер летящий к Смоленскому рынку, и тот унес негодяя, как змея ввинтившегося на площадку и никем не оштрафованного. Странный же кот попытался сесть во встречный «Б» на остановке. Иван оша лел, видя, как кот на задних лапах подошел к подножке, нагло отса дил взвизгнувшую женщину, уцепился за поручень и даже сделал по пытку передать кондукторше гривенник. Иван был поражен поведе нием кота, но гораздо более поведением кондукторши. Лишь только кот устроился на подножке, кондукторша с остервенелым лицом вы сунулась в открытое окно и со злобой, от которой даже тряслась, за кричала:
