Увидит ли он еще когда-нибудь Николь? Или она получит извещение о его смерти? Возможно, она так никогда и не узнает, как умер ее муж. Его пленение было тайной и могло остаться таковой навсегда. Хотя… Кейд ей все расскажет. Кейд отыщет ее и расскажет правду. Будет ли ей больно? Или все равно?
Марк продолжал ее любить. И всегда будет любить. Будет любить ее до своего смертного часа… который вполне может наступить уже сегодня.
Николь прикрылась простыней.
– Как продвигается расследование? – спросила она, чтобы уйти от скользкой темы. Марк вздрогнул, услышав этот вопрос, и она поняла, что отвлекла его от каких-то мыслей. – Ты все еще подозреваешь Картрайта и Хилленбранда?
Марк покачал головой. Немного помолчав, сказал:
– Хилленбранд выглядит все лучше и лучше.
– Я разговаривала с мисс Лестер, – сообщила Николь. Пора было признаваться. Если муж разозлится, то так тому и быть.
– С мисс Лестер? – удивился Марк. – И что же она сказала? Мне она показалась маленькой серой мышкой.
– Так и есть, – проговорила Николь. – Но она сказала кое-что интересное о лорде Хилленбранде.
– Да? И что же? – Марк приподнялся на локте и уставился на жену.
– Она сказала, что в ту ночь, когда умер Джон, лорд Хилленбранд сделал кое-что необычное. – Марк слушал с напряженным вниманием, а Николь тем временем продолжала: – Так вот, она сказала, что он принес с собой вино и настоял на том, чтобы все его пили. Гости, конечно же, были удивлены.
– Но у Джона наверняка было полно хорошего вина, – заметил Марк.
– Да, разумеется. – Николь тронула пальчиком подбородок мужа. – Но согласно утверждению мисс Лестер Хилленбранд не позволил никому отказаться от вина, которое принес.
– Очень интересно… – протянул Марк. – И соответствует тому, что сказал Картрайт.
Николь всмотрелась в лицо мужа.
– А что он сказал?
Марк убрал с ее лица прядь волос и заправил за ухо.
– Он сказал, что на самом деле Хилленбранд ужасно злился из-за отказа леди Арабеллы, только не показывал этого.
– Неужели?
Марк кивнул и в задумчивости проговорил:
– И это делает его главным подозреваемым.
– Но тебе же потребуются доказательства… – Николь прикусила губу. – Знаешь, я могу помочь их добыть.
Марк застонал и пробормотал:
– Мы с Оуклифом вполне способны…
– Никто и не утверждает, что вы не способны. – Николь погладила мужа по щеке. – Я просто говорю, что могу помочь.
– Хочешь вернуться к прежней профессии? – с усмешкой спросил Марк. – Или надеешься проводить больше времени с Дэффином?
– Ты о чем?.. – Николь нахмурилась и отдернула руку от его лица. – Ты это серьезно?..
– Но ты же говорила, что являешься его поклонницей. – Слова Марка были на первый взгляд безразличными, даже чуть-чуть насмешливыми, но за ними ощущалось нечто большее.
– Ты ревнуешь? – изумилась Николь.
– Вовсе нет. – Марк откинулся на подушки и закинул руки за голову.
– Да-да, ты ревнуешь! – воскликнула Николь. Ей хотелось расхохотаться, и она едва сдерживалась. – Ты ревнуешь к Дэффину! И, между прочим, совершенно напрасно. Вовсе не я положила на него глаз.
Марк грозно нахмурился.
– Что ты имеешь в виду?
– Я имею в виду, что наш сыщик очень понравился Регине. И могу побиться об заклад, что симпатия взаимна.
Марк снова повернулся к жене.
– Ты серьезно?
– Абсолютно! Удивлена, что ты сам ничего не заметил. А ведь ты так гордишься своей способностью замечать мельчайшие детали в поведении людей. Где твой прославленный глаз, генерал?
– Полагаю, утонул в сосуде с ревностью. – Марк глухо застонал.
Николь вздрогнула и даже села в постели, чтобы лучше видеть мужа.
– Неужели признаешься? – спросила она.
– Черт побери… – пробормотал Марк.
И, к величайшему изумлению Николь, его скулы порозовели. Она впервые видела краснеющего каменного человека. У нее никогда и в мыслях не было, что такое возможно.
– На этой неделе я так часто слышал, как вы с Дэффином восхищаетесь друг другом, что не смог справиться с ревностью. И вообще: лучше бы у него были честные намерения в отношении Регины. Иначе ему придется иметь дело со мной, – произнес он, взмахнув кулаком.
Николь расхохоталась и откинулась на подушки.
– У меня создалось впечатление, что не стоит беспокоиться за них обоих. Видишь ли, у Регины вполне определенные намерения…
Марк ухмыльнулся и улегся на жену.
– У меня в данный момент – тоже, – сообщил он и впился в ее губы страстным поцелуем.
Спустя час Николь с улыбкой наблюдала за мужем – тот встал с постели и, весело насвистывая, направился в гардеробную: пора было переодеваться к ужину. Николь же устроилась поудобнее, накрыла голову подушкой и зажмурилась. Ах, этот мужчина был необычайно хорош в постели, к тому же – очень красив. Последние ночи с ним были волшебными, но ей не следовало так уж наслаждаться ими. Ведь если она к нему привяжется… О, об этом даже думать не хотелось.
На следующее утро все домочадцы – в том числе и слуги – собрались на небольшой, заросшей травой площадке рядом с семейным кладбищем. Два лакея принесли герцогское кресло, которое поставили рядом с могилой. Еще двое отправились в дом за его светлостью. Все собравшиеся ждали герцога.
