– Запись ведется, но будет прослушиваться только если ты окажешься подозреваемой в промышленном шпионаже, – с честным видом, глядя прямо в глаза, на одном дыхании произнес Баринов. Затем положил передо мной бумажку. Опустив взгляд, я ахнула. Это был новый договор о сотрудничестве. Почти такой же, как раньше, только вписаны новые условия. Когда Баринов только успел? Как давно ждал меня? – И, последнее. Я, конечно, все понимаю, солнце… Но никакой дружбы между тобой и Людмилой с Валерой быть не должно.
Судя по тому, что даже это условие было черным по белому вписано в договор, я начала что-то подозревать.
– У вас на них какие-то планы? – вдруг предположила я. Но мужчина не ответил. Указал подбородком на договор. Мол, подписывай. Заколебавшись, я на секунду допустила мысль о браке с каким-нибудь женихом отца. Вдруг, он уже нашел нового? Не такого старого и мерзкого? А главное – не серийного маньяка. Вдруг, я его полюблю? И стану счастлива в золотой клетке, как моя родная сестра.
– Долг спишется в течение часа, – вдруг произнес мужчина. Он, как очарованный, следил за каждым движением моих пальцев, в которых была ручка.
«Нет, не буду я счастлива в ничего неделанье, – вдруг с тоской поняла я. – Мне нужно работать, чтобы ощущать себя нужной и полезной».
Из двух зол я тогда выбрала лучшее. Лучшим вариантом казалось сотрудничество с Юрием Владимировичем Бариновым.
Но стоило мне оставить подпись, как он резко выдернул из моих рук бумагу, спрятав ту в сейфе. С улыбкой до ушей, едва заметно пританцовывая, мужчина сунул мне в руки копии. Его глаза горели победным блеском ярче, чем прожекторы на футбольном поле.
С этого дня я жила в напряжении. Усиленно ждала подвоха.
Но шли дни, недели, месяцы, а ничего не происходило. Точнее, ПРОИСХОДИЛО, но… Совершенно не то, чего я ждала. Никаких тебе домогательств со стороны начальства, пошлых шуток или издевательской работы. Общение деловое, вежливое, приличное. Обедать и ужинать меня больше не звали.
Теперь я жила в шикарной квартире с современным ремонтом на двадцатом этаже элитной новостройки. Одевалась не просто дорого, но еще невероятно стильно. Моим рабочим сотовым оказался смартфон самой последней модели. Между прочим, еще даже в продажу не поступил! Зарплату Баринов, как и обещал, мне повысил. За хорошие оценки в вузе доплачивал премии.
Жизнь налаживалась. А все равно на душе скребли кошки. Я словно лишилась чего-то важного. Того, что придавало смысл моему существованию. Чего именно? Черт его знает!
– Лиза, – Баринов вышел из кабинета, подошел вплотную к моему рабочему столу с широкой улыбкой, – только сейчас до меня дошло, что пиар-отдел не предоставил мне образцы тюбиков для весенней коллекции наших именных помад.
Устав строчить на ноутбуке третий час подряд, я тут же подскочила на месте и со всем рвением бросилась в сторону лифта:
– Я спущусь и спрошу!
– Нет! – рев босса заставил застопориться и обернуться в недоумении. Прочистив горло, он свел брови на переносице и со сложенными на груди руками строго предупредил: – Я для этого и вышел, чтобы спуститься самостоятельно.
«Спуститься? Самостоятельно?!», – я опешила. Все в компании знали, что не для того мамочка рожала нашего драгоценного начальника, чтобы он сам по офисам бегал и что-то там выяснял. Кто угодно, но не он!
Я пораскинула мозгами и тут меня осенило: «На этом же этаже работают Люда с Валерой! Он просто не хочет, чтобы мы встречались!».
И тут мне захотелось острых ощущений, видимо. Потому что из вредности решила отстаивать свою позицию до последнего.
– Юрий Владимирович, – обворожительно улыбаясь, я была самой вежливостью, – что вы! Зачем вам так напрягаться? Тем более, без меня вам там ничего не отдадут. Я же ведь головой за каждый образец отвечаю и подпись в документах ставлю.
Баринов опешил от такой наглости, а я сама не понимала, зачем его бешу. Только вот вместо скандала, он пожал плечами:
– Значит, идем вместе.
С чувством неудовлетворения я вошла в лифт, ехали мы молча. Образцы забрали и обратно в лифт вошли, а там… Мой старый-новый знакомый.
– О, Лизонька! – парень стоял в лифте, что-то печатая в телефоне. Завидев меня, кинул гаджет в сумку и бросился обниматься. Словно мы всю жизнь знакомы, а не лишь однажды столкнулись. Даже из лифта не вышел, хотя явно уже приехал. Так и продолжил кататься с нами, теперь уже на этаж начальства. – Ты куда пропала? Я каждый день хожу к Валере, исключительно с желанием увидеть тебя. А тебя все нет и нет…
Босс стоял прямо за моей спиной. Я не могла видеть его лица, но каждой клеточкой тела ощущала тот бешенный взгляд, что он направил в сторону Феди.
– Да я просто… – меня окутало арктическим холодом. Шел он от одного конкретного человека позади.
– Работала, – вместо меня закончил Баринов гневным рычащим баритоном. От одного голоса мне стало не по себе.
Бросив краткий взгляд на зеркало, я поймала выражение лица, которым Юрий Владимирович буравит Федю. Я даже пошатнулась от шока… Это же надо уметь так рожицы корчить, что от страха жить не хочется.