«Не плачь! – вторила я себе снова и снова, сдерживаясь из последних сил. – Не смей! Узнай все до конца!».
– Ладно, признаюсь. «Бабушка», – сыграла на дурочку, – так ресторан называется.
И тогда Юра наконец взорвался окончательно. С яростным рыком он впечатал кулак в стену. Даже не поморщился, но капли крови с разбитых костяшек вымазали мои белые обои.
– Так сложно сказать в лицо, что ты была с ним?! – я сделала шаг в сторону, оказалась зажата между Бариновым и стеной. – Не думал, Лизонька, что у вас все так серьезно!
«Он знал о твоем втором телефоне! – окончательно убедилась я. Несдержанная слеза скатилась по щеке. – Знал… А значит, рылся в сумочке. Значит, установил какое-то следящее устройство. А может и подслушивающее!».
– Скажи мне только одно, – глядя в красные от безумия глаза босса, я не верила тому, что говорю сама, – ты следишь за мной дома?
– Зачем мне это? – фыркнул он, закатывая глаза. – Или мне и тут стоит беспокоиться?
«Отвечает вопросом на вопрос… Значит, есть, что скрывать!», – оперившись руками в грудь мужчины, я резко оттолкнула его от себя. Он поддался.
Вспомнив видео из интернета, я решила проверить догадки лично. Зарывшись в сумочке, с которой пришла, я достала мобильный телефон. Выключили свет по всей квартире. Раздраженно и судорожно задернула шторы. После чего открыла камеру и активировала фонарик.
– Что ты творишь? – Баринов с недоумением смотрел, как я хаотично бегаю по квартире. – Хочешь перевести тему? Не выйдет. Ты провела весь гребанный день с этим уродом. И скажи спасибо, что он еще не в реанимации! О, ты бы знала, как чешутся кулаки!
– Один, два, три, четыре… – я прошлась везде. Не слышала голос Юры. Считала. Долго, внимательно изучала каждый угол. – Десять, одиннадцать… Черт, даже в ванной две!
– Что ты там бормочешь? – мужчина нагнал меня на кухне, перекрывая путь.
– Квартира семьдесят пять квадратов, господин Баринов! – отчеканила я от зубов. – Как вы умудрились запихнуть в нее двадцать камер?
Юра перестал дышать, его глаза расширились, между бровей залегла морщина, а на лице отразился испуг. Кажется, только тогда он в полной мере осознал масштабы своей паранойи. Но было поздно.
Размахнувшись, умываясь слезами, я оставила на его лице пощечину и указала на дверь:
– Пошел вон!
– Лиза… – хрипло и устало шепнул он, прикрывая глаза. – Мне жаль…
– Жаль, что я узнала, верно? – перебила его я, не опуская двери. – Если бы не узнала, все было бы в порядке.
– Знаешь, – он вдруг посмотрел на меня с укором, – я просто переживал. Оказалось, не зря. Ты снова спуталась с этим долбоебом!
– Как удобненько вышло, правда? Спишь с секретаршей. Которая, по большему уму, купила квартиру в твоем доме. Да еще и рядом с офисом! Как же удобно вы устроились, начальник! Тариф «все включено»! – осознание накрывало меня волнами. Каждая все сильнее разбивала розовые очки, которые я носила все это время. – В какую же клоаку я попала!
Повалившись на стул, зарывшись лицом в ладони, я пыталась осмыслить сегодняшний день. Он перевернул все с ног на голову!
– Перестань, – тихо шепнул Юра, присаживаясь рядом, – Я ведь просто забочусь о тебе, Лиза. Ты ведь понимаешь, что я – обеспеченный человек и привык держать все под строгим контролем. Знаешь, как мы сейчас поступим? – он грубо сжал мое лицо, посмотрел с нежностью. В этом был весь Баринов. – Забудем сегодняшний день, словно и не было. Ты не станешь больше видеться с Федей. На всякий случай, я приставлю к тебе охрану. Будь хорошей девочкой, и я не стану на тебя ругаться.
Секунда… Одна… Вторая…
Я смотрела на него и думала: «Неужели такой будет наша жизнь?». Без детей, вне брака, в разных квартирах и с тотальным контролем.
Вспомнились слова Макса про время, которое истекает. Про людей, которых нужно отпускать, если они не делают тебя счастливым.
И решилась…
«Я ведь люблю его! – обливалось кровью сердце. – Люблю и не представляю теперь свою жизнь без него!».
«Попробовать стоит, – мозг же был решительно настроен, окрыляя уверенность. – У тебя все получится. В мире миллионы парней. На Баринове что ли мир кончится?! В паре оба человека должны делать шаги навстречу друг другу. Я устала это делать одна.».
– Знаешь, как мы на самом деле поступим, дорогой? – тяжело вздохнув, я медленно убрала руки Баринова от своего лица. Видимо, он начал о чем-то догадываться, потому что окаменел. – Первое – сегодня же напишу заявление на увольнение. Мне кажется, я уже переросла твою помощницу. Это была всего лишь практика, пора двигаться дальше. Второе – в ближайшие дни я продам эту квартиру. Так что советую поснимать камеры. Если тебе, конечно, не плевать, за кем вообще следить. Ну и, третье… – замерев на мгновение, я словно испугалась. Глаза Баринова приказывали молчать. Затыкали мне рот. Негласно шептали: «Молчи!». Но я-таки выдохнула: – Между нами все кончено. Мне плевать, кто ты и сколько зарабатываешь. Я не вижу в этих отношениях будущего. И не хочу видеть рядом с собой безумного психопата.
В комнате зазвенела гнетущая тишина. Тяжелая. Опасная.