– Давай, – игриво проведя коготком по своему зеленому платью, я вдруг указала им на туалетные кабинки. – Давай ты спрячешься там на секунду, а я сниму с себя платье. Устрою тебе небольшой стриптиз.
– Хм… – мужчина жадно облизнулся. – Белье какое-то крутое надела? – его глаза вдруг заблестели. – Или вообще без белья?
Загадочно поиграв бровями, я коварно прошептала:
– Может быть…
Поправив то, что так яростно вырывалось из брюк, мужчина нервно зашел в кабинку и чересчур сильно хлопнул дверью, явно ударяясь головой об стену. Только тогда я тихо спрыгнула на ноги, принимаясь неторопливо проворачивать защелку.
– Считай до трех, сладкий, – как можно громче крикнула я, заглушая остальные звуки.
Дверь распахнулась, и я ринулась прочь, как ужаленная. С безумно колотящимся сердцем бежала прочь по лестнице из заведения. По пути встретила девушку, неторопливо идущую в бар: рыжую, в зеленом платье, с порочной улыбкой, полной предвкушения. Именно такая, как думал мужчина: развязная, готовая на все. Видимо, именно ее должен был зажимать мой незнакомец в туалете. Не меня.
Выскочив наружу, я забежала за угол и вжалась в стену. От адреналина тело потряхивало, коленки до сих пор тряслись, а в голове творился полный кавардак. Я стояла так какое-то время. То ли секунды, то ли часы. Время смешалось.
Как вдруг в отражении рядом стоящего автомобиля я увидела своего незнакомца. Он выбежал из бара, оглянулся по сторонам.
– Черт! – его кулаки впечатались в стену, голос был наполнен яростью. – Черт, черт, черт!
Он еще постоял какое-то время, словно на что-то надеясь. Потом подошел к швейцару и что-то спросил. Тот виновато пожал плечами:
– Нет, господин. Она была случайной гостей. Без записи.
– Ты не видел, – мужчина явно нервничал, – она уехала.
Швейцар растерялся, а потом явно сымпровизировал, решив отделаться от приставучего гостя:
– Кажется, да. Мне жаль.
Мой незнакомец битый час курил сигарету, вглядываясь в лица мимо проходящих женщин. А я стояла там и боролась с желанием подойти. Но мы оба знали, что такие, как он, знакомятся не для любви. Его сердце находится пониже, в районе ширинки.
В конечном счете, опустошив целую пачку сигарет, он зашел обратно в заведение. «Отправился к той, которая ждет!», – почему-то с тоской подумала я. Но затем отряхнулась и пошагала в сторону автобусной остановки. Если мы когда-то и встретимся с моим незнакомцем, то оба сделаем вид, что ничего не было…
Не было тех секунд, когда время замирало. Не было желания сорвать друг с друга одежду. Не было химии и внеземного притяжения. Ничего не было.
– Ты уверена, что хочешь куда-то уезжать? – Вика крепко прижала меня к себе, с трудом сдерживая хлюпанье носом. – Не понимаю, зачем все это? Не хочешь работать с Бариновым, так я попрошу Соболева, и он возьмет тебя к себе.
Я усмехнулась:
– Хватит с меня блата. Теперь только сама.
– Это не блат. Такие работники, как ты, на вес золота, – подал голос Макс. Он казался мне непривычно понурым и зажатым. – Если пойдешь к нам, гарантирую более высокую зарплату.
– Более высокую, чем где? – Вика бросила на него злобный ревнивый взгляд.
– Более высокую, чем везде, где только можно, – коварно поиграв бровями, он посмотрел на меня и снова приуныл. – Лиза, в самом деле. Ты совершаешь ошибку. Зачем тебе эти неруси? Там Меладзе не поют в караоке, шоты с водкой по вечерам в барах не выпивают, под Аллегрову не танцуют… Жесть! Ты там вскроешься.
Рассмеявшись, я смахнула со щеки скупую слезу. С тяжелым вздохом резко сжала галстук Макса и притянула его к себе. Он нехотя, но все же присоединился к нашим удушающим объятиям.
– Если я и буду о ком-то скучать, то по вам. Было весело обедать вместе в нашей кофейне. Никогда бы не подумала, что взрослый мужчина, который любит чай матча на кокосовом молоке, не гей. И девушка, съедающая три обеда за раз махом, может оставаться такой худой. Вы – мое открытие, – просунув нос между плечами ребят, я вдохнула побольше кислорода. Хотела запомнить этот момент навсегда. И все же мой взгляд ненароком бегал по толпе. Я искала Его там… Наивно и так глупо надеялась, что Юра придет попрощаться. А может, как в старых добрых фильмах, попросит не уезжать, признается в любви и дальше закрутится канитель.
– Вот это да! – ахнул Макс театрально. – Ты заключаешь сделки на миллионы, а помнят тебя за какой-то там чай. У меня, между прочим, аллергия на лактозу. Одна крохотная капелька молока может убить!
– Ага-ага, – прыснула со смеху Вика, – почему-то на сырники это никак не распространяется. Плавающая какая-то аллергия.
– Даже не стану это никак комментировать. Типичный хейтер! – фыркнул Макс, закатывая глаза.
Я только было хотела что-то сказать, как по громкоговорителю заговорили. Мне было пора. Попрощавшись с друзьями, я отправилась на посадку. Но, перед тем как ступить на трап, не смогла не обернуться. Ожидаемо, никого не было.
– Значит, – тихо шепнула себе под нос, – не судьба.
***