— Если Ли’варди станет сильнее, за шесть лет у тебя все шансы есть потерять могущественного союзника, — лениво пробормотал Кай и перекрестил руки. Он до последнего надеялся, что император передумает.
— Я повторяю, — холодно начал Белый Дракон. — Против одного клана проще воевать, в конце концов, ещё есть проклятые полукровки. Руку!
Глаза Кая пылали от раздражения, но он протянул ладонь. Император молниеносно стащил с указательного пальца серебряное кольцо.
— Клянусь принести клану Ки’арти наследника в течение шести лет, — ледяной тон союзника, заставил Тая поморщиться.
Верхушка кольца была украшена плоским круглым изображением символа Ди’вианти — стилизованный дракон с раскрытыми крыльями. Император перевернул украшение и словно печать, прижал к ладони Кая.
Ки’арти поморщился от обжигающей боли, но он был уверен, что поступил правильно. Золотая метка сверкнула и тут же растворилась на коже, став невидимой.
Кай поступил так ради своей любви к Леде и совместного будущего. Сомнения ушли, ибо он был уверен, что возлюбленная выполнит свой долг. К тому же проклятие Снежного Дракона — больше красивая легенда. Нет, конечно, заиметь наследника между драконом и человеком было не так-то и просто, но Кай был почему-то уверен, что у них всё выйдет.
— Когда метка станет чёрной полностью… — тихо начал император.
–… я умру, — лениво перебил Кай, словно для него смерть ничего не значила. — Ты проведёшь церемонию сейчас же, — потребовав он.
— Что? Но… разве вам бы не хотелось торжественную церемонию?
— Сейчас же, — процедил Кай. — Сегодня из тронного зала Леда выйдет эйрой.
Настоящее
Небо хмурилось. Крупные капли срывались с небес и падали на землю, задевая наездников, которые летели на механическом драконе. Леда поёжилась, спиной ощущая недовольство Себастьяна. Ещё и дождь вот-вот должен был разразиться. Может, конечно, к тому времени они и успеют добраться до замка. Но в ответ на её мысли капли стали срываться резвее. Секунда и лавина дождя хлынула на них. Принцесса мгновенно промокла и перестала разбирать под ногами, где что. Серое небо слилось, доставая до земли, и перемещалось с водой, которая никого не жалела.
Себастьян ловко переключал рычаги, потихоньку снижая дракона. Порыв ветра налетел, обжигая их холодом, а ослепительная молния вспорола серое небо. И мгновенно, резко, словно выстрел, прогрохотал гром. Молнии вспыхивали непрерывно, а в облаках гремела небесная канонада.
Зябко. Сердце Леды трепетно сжалось от пугающего великолепия стихии.
— Потерпи, Лели, — перекрикивал гром Себастьян. — Осталось немного.
Она кивнула, опасливо покосившись на молнию, которая, казалось, мелькнула рядом.
Наконец, механизм стал снижаться, и Леда увидела замок из серого кирпича — её дом. Высокие башни с иссиня-серой черепицей, окроплённый стеной дождя, возвышались над местностью. Принцесса помнила Ир’яр не таким. Конечно, в детстве замок был слишком большой для маленькой девочки, но он имел своеобразное сияние, и тогда, ей казалось, что сошёл со страниц сказок. А сейчас, даже под стеной из дождя, она видела прохудившуюся крышу и отсутствие стёкол.
Механизм коснулся земли, и Себастьян спрыгнул в грязь. Серая жижа хлюпала под сапогами, и он протянул руки, намереваясь помочь принцессе. С тёмно-каштановых прядей маркиза струилась вода, фиолетовый жакет и чёрные штаны облепляли ловкую фигуру. Леда вопросительно на него посмотрела. Неужели Басти думал, что она не сможет дойти сама?
— Ваши туфли никуда не годятся для этих земель, Лели, — нарушая молчание, пояснил он. — Вы набьёте их грязью. Я просто хочу помочь…
Принцесса неуверенно кивнула и подалась вперёд. Маркиз подхватил её, снимая с механизма, но не поставил на землю. Он пошёл к главному входу, неся стройную фигуру принцессы на руках, словно ему это ничего не стоило.
— Сердитесь? — спросила она, посмотрев на него снизу вверх.
— Да.
— На меня? — нерешительно произнесла Леда. Ей было холодно. И она не отказалась побыстрее попасть в дом и согреться, а ругаться снова — не хотелось.
— На себя…на вас…на непогоду, и на весь мир.
Она замолчала. В конце концов, он ничего плохого не сделал, а всё это время пытался ей помочь.
— Простите меня. Я не должна вас задевать и командовать. Просто беспокоилась, чтобы с вами ничего не случилось. Вы мне, как брат, Басти. И никогда не прощу себе…
— Остановись, Лели. Дальше ничего не желаю слышать, — перебил маркиз. — Я тебе не брат… — он закрыл глаза, — неважно…но ты тоже меня прости. Я не должен был говорить ничего про твоего дракона. И прекрати мне «выкать», это раздражает.
На минуту повисло молчание. Дождь лил, как из ведра. И Леда удивилась, как легко Басти ориентировался, ведь впереди всё сливалась. Но теперь уже и принцесса могла рассмотреть внутренний двор замка и деревянные двойные двери.
