Она вскрикнула, пытаясь схватить меня за руку, но я одним рывком прижал ее к кровати и безжалостно довел до разрядки. Причинять девочке удовольствие оказалось ни с чем не сравнимо. Она сжимала ноги, рвано пульсируя вокруг моих пальцев, и я едва не забылся — уже дернул молнию на брюках… и опомнился, что в человеческом мире нужно бы вспомнить о презервативах.
Черт, как же сложно быть человеком, когда ты — волчара на взводе!
Но я не стал особо медлить. Рывком поднялся, дернул ящик комода и вернулся к Яне со спущенными брюками. Она только впилась ноготками мне в плечи до боли, когда я подтянул ее за бедра к краю кровати. Остатков контроля хватило ровно на то, чтобы не ворваться в нее с силой и до упора. Я насладился ее рваным вздохом, прежде чем сорваться самому. И позволил себе получить желаемое как награду. И пусть Яна не обязана была меня поощрять, делала она это неподражаемо — кричала, царапала мою спину и подставляла шею под мои губы, не ведая, как искушает вгрызться в нее и присвоить… Я скинул ее руки с плеч, опрокидывая на спину, и задвигался жестче, пытаясь отвлечься, забыться и не наделать непоправимого.
С чего я взял, что смогу остаться в себе?
Но ведь кто-то же может… Оставить женщине еще немного свободы, прежде чем сомкнуть зубы до характерного привкуса на языке…
Я даже не сразу понял, что Яна снова дрожит и задыхается от очередного оргазма. Собственная разрядка не принесла удовольствия. Меня била дрожь, дыхание срывалось так, будто я бежал из последних сил, а зверь бесновался внутри, бил по рукам и рвался к шее Яны…
Да что же это такое?!.
«А ты думал, я просто так буду полгода ждать, пока ты подпустишь ее к себе?»
Да, я думал, что у меня все под контролем.
Но я ошибся…
Глава 7
Это все со мной?
Этот шикарный мужчина вообще настоящий?
Я даже потрогала, когда он уперся мокрым лбом мне в грудь — положила ладони на его плечи… и одернула, задохнувшись от смущения.
— Что такое? — поднял он голову и настороженно вгляделся в мои глаза.
— Ты… может, ты не любишь, когда тебя трогают? — залепетала я.
— Ты можешь трогать, сколько захочешь, — выдохнул он, тяжело дыша. Черт, а я подумала, что он как какой-нибудь Кристиан Грей из «Оттенков», когда он сбросил мои руки с себя. — Яна, все нормально?
— Все отлично, — смущенно улыбнулась я и снова спохватилась, а стоит ли так откровенно в этом признаваться?
Может, такому божеству, как он, это все слышать привычно. Правда, принял он это так, будто мои слова были ему очень нужны — черты его лица расслабились, губы дрогнули. Князев выпрямился, стянул презерватив и взялся за пуговицы рубашки:
— Жаль, сегодня ты меня не успела раздеть, — усмехнулся. — Сам я тоже не смог…
Я же стянула губы и выпрямилась, оглядевшись в поисках белья. Кажется, по законам современного жанра мне стоит побыстрее убраться из его квартиры и… подумать обо всем в собственной ванне в компании бокала вина.
— Зачем тебе трусы? — послышалось вдруг вкрадчивое сверху.
Князев, к моему удивлению, наоборот разделся и явил мне все, что послужило недавнему обмороку — тело его шикарно не только в той части, что открылась мне в клинике. Та, что стала доступна эксклюзивно, оказалась еще лучше. Я заморгала на все это великолепие, позабыв о вопросе. И Князев не стал переспрашивать — забрал у меня трусы, в которых я уже успела запутаться, и посмотрел в глаза, опустившись на колени. Он — весь такой! — встал передо мной на колени!
— Я поеду, — прохрипела шепотом и потянулась за трусами в его руках.
— Я сделал что-то не так? — на полном серьезе спросил он, не позволяя мне дотянуться до предмета обсуждения.
— Нет, все было шикарно, — растерялась я. — Но все же закончилось… и мне лучше уехать.
— Ян, все только начинается, — хмурился он. — Тебе лучше остаться. Со мной. У меня. В постели. Знаешь, что такое «постельный режим»?
Я прыснула:
— Ты серьезно?
— Кто же тебя, девочка, так сильно не любил всю жизнь? — вдруг поинтересовался он, вглядываясь в меня с особенной въедливостью.
— Та ну при чем тут?.. — отпрянула я.
— Тогда оставайся, — обхватил он меня за бедра и притянул к краю кровати, вынуждая обнять его ногами. — Я буду тебя мыть, кормить, трахать и всячески заботиться, раз самой тебе некогда. Полезно для сердца, Ян. Это я тебе как врач говорю.
И снова от этих его откровенных обещаний я растерялась, как первоклашка у доски!
— Вы забываете, что вы очень занятой кардиохирург, — прошептала я в его губы.
— У меня еще неделя отпуска осталась, — усмехнулся он.
— У вас контракт на восемь операций в нашей… — начала я блеять глупое и залилась краской от его порочной усмешки.
— Ян, после такого на «вы»?..
— Игорь, перестаньте вынуждать меня чувствовать себя дурой!
— Прекрати выуживать у меня трусы. Что мне нужно с тобой еще сделать, чтобы ты перестала называть меня на «вы»?
И он толкнул меня на спину и склонился между коленей.
— Игорь!.. — вскрикнула я, раскрыв широко глаза, и выгнулась от его шокирующей ласки. Черт! Вот что за… боже, как стыдно! Ох! Как? Как он это… ах!.. — Игорь… н-н-не надо…
