– Они дают показания под присягой и говорят то, что считают правдой.
– У меня сложилось впечатление, что инспектор Южно-Тихоокеанской знает свое дело.
– Весьма достойный человек.
– Конлей?
– Славный малый.
– Этуотер?
– Надутый болван!
О'Рок не задумывался, характеризуя своих подчиненных.
– А Шмидер?
– Первоклассный эксперт!
– Вы действительно надеетесь разыскать машину, на которой возвращалась эта троица?
– Буду очень удивлен, если завтра она не будет стоять перед моим офисом. Сегодня днем мы получили адрес гаража, куда были проданы эти покрышки.
– Поэтому расследование и продлили до завтра?
– Да. И чтобы у присяжных была свежая голова.
– Вы думаете, они во всем разобрались?
– Они были чрезвычайно внимательны. Но сейчас, вероятно, малость растеряны. Достаточно будет представить им завтра явные доказательства – если удастся…
– А если не удастся?
– Присяжные будут решать по совести.
– Не кажется ли вам, что при такой системе слишком много виновных остается на свободе?
– Но ведь это лучше, чем осудить одного невинного, верно?
– Зачем вы вчера заходили в «Пингвин»?
– Объясню. Бесси жила неподалеку и приходила туда чуть ли не каждый вечер. Я хотел составить список мужчин, с которыми она встречалась.
– Официантка дала интересные сведения?
– Сказала, что Ван-Флит и О'Нил частенько бывали там.
– Вместе с Уордом?
– Нет.
– И им случалось уходить с Бесси?
– Нет, ей они не нравились.
– Но это ведь не исключает возможности, что она назначила им свидание? О'Нил мог поговорить с нею в машине и попросить удрать от всех.
– Я думал об этом.
– Бесси объявила о своем нежелании ехать в Ногалес, тут же разругалась с Уордом, вылезла из машины и ждала их обоих в пустыне. Приехав в Тусон, они отделились от приятелей, не подозревая, что Уорд и Маллинз собираются ехать искать Бесси. Они попытались отделаться от трезвого. У Ли и взяли такси.
– И убили ее?
– Я бы, например, проверил их нижнее белье.
– Уже сделано. У Ван-Флита результат отрицательный, в том смысле, что мы имеем в виду. С О'Нилом мы опоздали: он успел отдать белье в стирку.
– Вы считаете, что Бесси была убита?
– Знаете, комиссар, здесь человек не считается виновным до тех пор, пока не будет доказано его преступление. У нас существует презумпция невиновности.
Мегрэ заметил полусерьезно, полушутя:
– У нас во Франции на всех, конечно, распространяется презумпция виновности. Но вижу, ваши принципы не помешали вам засадить их по обвинению в спаивании несовершеннолетней.
– Поили они ее или нет? И признали это?
– Да, но…
– Они нарушили закон, что дает мне возможность, поскольку облегчает работу, сунуть их за решетку. У меня не так уж много людей. Пришлось бы следить за всеми пятью. Полагаю, вы понимаете это не хуже меня. Если есть еще вопросы, я в вашем распоряжении.
– Митчелл сразу же, как только узнал о смерти Бесси, заявил, что его сестру убили?
– Такова была его первая реакция. Не забывайте, он ведь знал, что его сестра отдалась на кухне Маллинзу и что Уорд их чуть не накрыл.
– Нет!
– Что вы хотите сказать?
– Митчелл никогда не подозревал Уорда. Сейчас, во всяком случае, не подозревает.
– Это он вам сказал?
– Дал понять.
– Тут вы знаете больше моего, и мне, пожалуй, надо будет побеседовать с ним. Но в любом случае я вынужден вас покинуть и идти в офис. Вы остаетесь с комиссаром, Гарри?
Мегрэ вышел на улицу с Коулом, машина которого, как обычно, стояла поблизости.
– Куда вы намерены двинуть, Джулиус?
– Спать.
– Не кажется ли вам, что сейчас самое время выпить по последней?
Очень мило! Они только что вышли из клуба, где в приятной обстановке к их услугам были напитки со всех концов земли. Коул там всех знает; мог бы пить и болтать, сколько влезет. И тем не менее, едва выйдя, предлагает пойти посидеть в каком-нибудь баре.
Нет ли в этом некоего влечения к греху?
Мегрэ очень хотелось вернуться в отель и залечь спать, но это ему не удалось. Из малодушия, что ли, он согласился на предложение Коула, и через несколько минут тот затормозил, конечно, у дверей «Пингвина».
В этот вечер бар был почти пуст. Как всегда, там царил полумрак, и из сверкающего огоньками проигрывателя лилась музыка. Стол рядом с ними занимали две пары: Хэролд Митчелл с Эрной Болтон и музыкант с Мэгги.
Увидев комиссара, входящего в сопровождении офицера ФБР, Митчелл ухмыльнулся, наклонился к друзьям и что-то шепнул.
– Вы женаты? – спросил Meгpэ Коула.
– И отец троих детей. Они дома, в Новой Англии. Я же здесь всего на несколько месяцев.
В глазах Коула была тоска по дому.
– Как вам понравился клуб? – поинтересовался он в свою очередь.
– Я даже не предполагал, что он такой роскошный.
– Бывают и получше. В «Кантри», например, есть площадка для гольфа, несколько теннисных кортов и великолепный бассейн.
Сделав бармену знак подлить, Коул продолжал:
– Кормят в клубах гораздо лучше и куда дешевле, чем в ресторанах. Все самого высшего качества. Только, знаете, все это… В английском нет подходящего слова. Кажется, по-французски в таких случаях говорят ernmerdant[20], да?
